24 ноября 2017 года нашей эры, III тысячелетие: Поздравляем с Днем Рождения Незабвенного Академика Природных Сил, Мага Дракона Рассвета (Вилая)! Пополнения в Гобеленах : Живые Гобелены (Smoky).      11 октября 2019 года нашей эры, III тысячелетие: Магистрат поздравляет Орден с 19-ой годовщиной построения Цитадели! Ура, Дамы и Господа! Виват смелым, терпеливым и плодотворным Рыцарям Ордена!      Обратите внимание! β-Цитадель вместе с Каминным Залом перехала на ordenknights.ru. Просьба ко всем рыцарям и гостям Ордена: смените Короткие Переходы на Цитадель в своих Замках!
 
Главная Башня   
Триумфальный Зал   
Геральдический Зал   
Тронный Зал   
Библиотека   
Хранилище Преданий   •   
Созвездие Баллад   •   
Хранилище Манускриптов   •   
Хранилище Свитков   •   
Книга Заговоров   •   
Игры творцов   •   
Легенда   •   
Магия Пера   •   
 
Турнирный Зал   
Гобелены   
Трапезный Зал   
Артефактная   
Зал Мелодий   
Мастерские   
Кельи   
Кулуары   
Каминный Зал   
Гостевой Зал   
Альфа-Цитадель   
Личный Замок Магистра ISNik-а, 2000-2017
Личный Замок Тайного Советника, Хозяйки Цитадели, Smoky - Прибрежные Валуны, с 2000 г
Волшебная Частица Цитадели Ордена рыцарей ВнеЗемелья. Хранится в Тронном Зале. Дается в руки всем желающим. Обращаться бережно!
 
Дипломатия Ордена

Лунная Радуга, Проект Магистра Ордена ISNik-а, 2006-2017
Музей раритетных сайтов
 
Гид Цитадели


 
Библиотека   Хранилище Преданий   Дракон Рассвета (Вилай), Академик Природных Сил, Маг   Кавалер Ордена "За Мастерство" в номинации "Проза", Бриллиантовая I ст

Голод.

Дракон бывает голоден.
Бывает, что голодовка длится долго.
Голод не отступает со временем. Он не угасает, как дракон может надеяться поначалу, а лишь уходит куда-то вглубь, не проявляясь столь явно, как раньше, но зато жжет гораздо сильнее, терзая не только тело, но и мысли. Всплывающие образы нежной плоти вызывают прилив слюны, дыхание перехватывает, а тело готово свернуться в судороге. Воспоминания мешаются с мечтами, образы накладываются на образы, и голодная тоска мутит разум.

Чтобы утолить голод, надо кого-то поглотить. Растворить в себе.
Однако кидаться сразу на первого попавшегося нельзя. Можно запросто нарваться на нечто весьма привлекательное по виду, но совершенно несъедобное.
И еще мудрому дракону опыт подсказывает, что поглощение может насытить лишь тогда, когда тщательно подготовлено.
Главное – не ошибиться в выборе. Потому что потом может сделаться несварение. А это чревато не только испорченным настроением, но и потерей времени. Того времени, которое чем дальше, тем сильнее распаляет внутреннее жжение.

Как известно, существует несколько способов охоты.
Самый распространенный – погоня. Пользуются им, в основном, молодые. Они как по жизни скачут вприпрыжку, так и в охоте – цапнут там, куснут здесь, рванут тут – вроде и сыт. Этот способ при вдумчивом подходе дает возможность накопить навыки настоящего охотника. Однако истиной сытости таким образом не достичь. Опять же, схватить на бегу что ни попадя, и через малое время, почувствовав изжогу, изрыгнуть обратно, да потом еще мучиться дурным привкусом в пасти неизвестно сколько – далеко не лучший способ утоления голода.

Другой способ, распространенный преимущественно в среде зрелых драконов, можно условно назвать сопровождением. Намеченная жертва при этом способе сопровождается на безопасном с ее – жертвы – точки зрения расстоянии. Привыкая к маячащему невдалеке, но совершенно неагрессивному хищнику, добыча теряет бдительность, что позволяет постепенно приближаться к ней все ближе и ближе. В конце концов, доходит иной раз до того, что беспечная жертва сама лезет в пасть в буквальном смысле слова.
Этот способ, несомненно, хорош тем, что позволяет оценить добычу с разных точек зрения, что значительно снижает вероятность нарваться на несъедобное.

Существует и третий способ. Засада. Он требует изрядного терпения и самообладания.
Вначале выбирается жертва. Этот момент очень важен, ибо ошибка на этом этапе грозит потерей времени, затраченного на весь процесс. Добычу надо не только найти, но и узнать получше – выяснить если и не все, то хотя бы основные привычки. Пути миграции, места гнездования и кормежки. Все это проделывается издали – так, чтобы выбранная жертва ни о чем не подозревала. Если добыча вкусна, стОит посидеть год-другой в засаде. Чем сильнее жжется голод, тем вкуснее кажется добыча.
И однажды дракон возникает на пути жертвы. Неожиданно. Но простого появления не достаточно. Необходимо оглушить жертву. Шокировать. Удар должен быть быстрым и мощным – настолько мощным, насколько это вообще возможно. Переборщить здесь нельзя, а вот если удар окажется слабым, жертва может ускользнуть. Чтобы этого не допустить, надо вложить в удар все, что имеется и, воспользовавшись шоковым состоянием, поглотить.

Да, все это время голод терзает. Но зато после долгой и тщательной подготовки – при верных действиях – наступает продолжительное время заслуженной расслабленности и жизни в сытости и довольстве.
Кстати, довольство сие можно значительно усилить, если при поглощении добычи самому стать поглощаемым и раствориться в своей жертве.

© Дракон Рассвета (Вилай). Jul 19-20 2009


Каждому – свое.
Миниатюра

Они стояли кругОм неряшливо открытой банки, ощерившейся рваными жестяными зубами, и смотрели на то, что лежало внутри.
– Почему? – спросил Большая Почемучина, не потому что действительно хотел узнать – знал он очень много, ведь всю жизнь он спрашивал и запоминал, спрашивал и запоминал – а просто по привычке. – Почему он?
– Потому! – отрезал Сердитый Потомук. – Сам виноват. Надо было вылезать вовремя.
– А он что, больше никогда шевелиться не будет? – робко влезла в разговор взрослых юркая Чточка.
– Нет, – грустно отозвалась кокетливая Неталка, – никогда.

– Да, уж, – как всегда согласилась с подругой обычно жизнерадостная Дарля. – Не видать нам больше веселых колечек и прочих выкрутасов.
– Потому что надо было вылезать вовремя, – повторил Сердитый Потомук.
– А что с ним стало? – поинтересовалась Чточка и сунула любопытную мордашку в банку.
– Утонул. Умер, – печально качнув головой, ответил многознающий Большой Почемучина. – Ладно, поплыли отсюда, больше ничего не подадут. Этот был последним. Или кто-то желает поживиться мертвячиной?
Все в ужасе прянули в стороны и поплыли прочь.

– Мертвячина, мертвячина... – пробормотал Длинный Ус, доставая из банки острой клешней большого дождевого червя. – Подумаешь... Привереды. А по мне – так в самый раз...

© Дракон Рассвета (Вилай). Jun 13 2009


Черная жемчужина III. (Удача)

– Знаешь... – он откинулся на спинку шезлонга, – Я понял, что счастье и удача приходят к тем, кто в них верит.
Он покрутил стакан, и отпил сок.
– Понимаешь? Верит. Может, даже не сознавая. Сама вера в счастье привлекает его... Это самое счастье, ага. А убежденность в удачливости... Вернее, отсутствие мыслей на этот счет... Хм... – он задумался на несколько мгновений, – Как бы это сказать?... Когда вообще не думаешь ни об удаче, ни о неудаче... Просто живешь так, как живется, и радуешься даже не тому, что у тебя что-то получается, или случается что-то хорошее, а тому, что живешь... Просто живешь... Радостно, – он пристально посмотрел мне в глаза, и кивнул, подтверждая свои слова, – Понимаешь? Живешь – радостно... Вот это и приносит удачу. Так, как раз, со мной и было, ага...

Мой визави рассеянным взглядом обвел бассейн, явно видя не то, что было перед глазами, а что-то вспоминая. Прошло, наверное, минуты две, и он, вернувшись в действительность, взглянул мне в глаза.
– Расскажу, – он снова внимательно поглядел на меня – так, словно не на меня глядел, а куда-то внутрь – я даже испытал что-то, вроде смущения, – Пожалуй, тебе может пригодится, ага... Ты же не торопишься? – я помотал головой, – Вот и ладно... Дело было так... Однажды утром я, как обычно, залез в мусорный бак... – заметив недоумение, отразившееся, видимо, на моем лице, он пояснил, – Да, бомжом я, был, ага... Пару лет. Квартиры, сам знаешь, как подскочили в цене. Ну, и конечно, быстренько нашлись сообразительные ребята, которые поняли, каким образом можно на этом сделать деньги... Оформляется договор, а потом ты оказываешься на улице. Без жилья, без денег... Ладно, дело не в этом... На чем я?... А! Да. Залез, я значит, в бак...

Ты представить себе не можешь, сколько еды выбрасывают люди на помойку, ага... Причем, не тухлятины какой-то, а вполне съедобной... Если забыть про брезгливость... А про нее очень быстро забываешь, когда голод брюхо, аж, до судорог сводить начинает... Когда даже любую тухлятину готов сожрать, лишь бы в брюхо что-нибудь забросить, ага... Ну, тухлятины тоже, конечно, хватает, но не в этом дело... Так вот. Лезу я туда, и достаю банку Вискаса. Ну, это корм кошачий, если не знаешь... Мне, правда, больше собачьи консервы нравились, зато в кошачьих чаще недоеденное остается, ага. Особенно, где эти, новые, живут... Кошка-то, чуть не как автомобиль стоит, вот ей всегда свеженькое и дают, ага...

Беру я, значит, эту банку, глядь – а там почти полбанки осталось, представляешь? А я тогда голодный был... Накануне день вышел – хуже некуда... Менты чуть не загребли – облава какая-то у них была, ага... Весь день прятаться пришлось, тут уж не до еды – как бы в обезьянник не попасть... Да потом, вечером уже, на гопников нарвался... Хорошо хоть, жив остался, ага... Так, помяли малость... Даже ребра целы... Ну, а мне и так впроголодь жить приходилось, а когда за целый день ни крошки во рту... На следующий день, надо сказать, готов хоть газету жевать, или как у Чаплина, помнишь, суп из башмаков?...

В общем, как увидел я, что полбанки там еще есть, так и начал жрать тут же, прям, не отходя от бака, ага... И только я начал жевать, как что-то на зубах хрустнуло... Ну, мало ли что могло в банку попасть, когда она в мусорном баке валяется, верно? Камень какой... Однажды даже ключ чуть не проглотил, представляешь? Ага... Короче, выплюнул я этот камушек... Хорошо, что в ладонь... Почему-то любопытно стало, что это мне на зуб попало... Гляжу... Ну, первая-то мысль, понятно, продать, ага... Но чем больше смотрел, тем отчетливее понимал – нет, нельзя... Просто не могу расстаться, и все... Знаешь, будто перевернулось во мне что-то, ага... Вспыхнул будто огонь внутри, который давно едва тлел... Так хорошо вдруг стало... Даже есть расхотелось...

Бросил я банку обратно в бак, и пошел... И, представляешь, не прошел я и квартала, как... Вот, не верь после этого всяким рассказам про талисманы разные чудесные... Ага... Останавливается прямо рядом со мной... Я было драпануть хотел, думал, мент... Они-то сейчас на любых тачках разъезжают, сам знаешь, ага. Оказалось – нет, он просто дорогу спросить хотел. Ну, я объяснял ему, объяснял... А там так путано, надо сказать, переулков столько, ага... В общем, он послушал-послушал, и говорит: "Садись", говорит, "Покажешь, как добраться"... Я говорю: "Ты что? Я ж грязный такой, а у тебя, вон, тачка какая"... А он: "Хрен с ней, с тачкой, мне срочно найти надо"...

Ну, я и сел... Поехали... Я дорогу показываю, ага... А когда приехали, он и говорит: "Ты подожди меня здесь, у меня к тебе дело есть, я скоро, мне тут на минутку"... Ну, подождал я его... А он, когда вернулся, и спрашивает: "Тебе бомжевать-то не надоело?" "Еще как", говорю, "Надоело, а что делать?" "А не хочешь", говорит, "У меня сторожем поработать?"... Ага, так прямо и сказал... "У тебя паспорт-то есть?" спрашивает. "Паспорт есть", говорю, "А больше ничего нету". "А больше", говорит, "Ничего и не надо". Ну, я согласился, конечно... Так, вот, я тут сторожем у него и стал работать... И зарплату мне положил... Смешно, ей Богу...

Я столько денег не получал даже в позапрошлой жизни, когда еще и квартира, и работа были, ага... А потом, когда от него жена ушла, я и поваром здесь заделался. Готовить-то я всегда любил, ага, а на двоих-то и надо всего ничего. Так у меня и образовался этот персональный рай, ага. Не жизнь – малина... Компьютер, интернет безлимитный... Сторожить-то тут что? Весь поселок под охраной, ага. Да ты и сам видел – так просто не пройдешь... Сторожа здесь... Хех... – он усмехнулся и, улыбаясь, покачал головой, – Как говорится, понты дороже денег, ага... Так что, сижу, можно сказать, целыми днями сказки свои пишу...

Хозяин-то, как прочитал однажды, так и говорит – издаваться тебе надо, я, говорит, позвоню, у меня издатель знакомый есть. Вот так я с вашим издательством и познакомился, ага. А ты там, видать, новенький, да? – я молча кивнул, – То-то я тебя раньше не видел... – он посмотрел мне в лицо, огладил бороду, и сказал, – Знаешь, мне кажется, что недоволен ты... Что-то тебя не устраивает, гнетет что-то постоянно... Нет! – заметил он мой удивленный взгляд, – Я ж не говорю, что тебе жена изменяет, или машину, там, украли... Просто ты вокруг видишь неприятности... Мелочи, вроде, зато все время, ага... То в метро на ногу наступят, то автобус прямо из-под носа уедет, когда опаздываешь, то твое любимое молоко в магазин не привезли, верно?...

Вот, об этом я и говорю, ага... Напрасно. Жизнь нам дана, чтобы мы радовались. Знаешь, есть такое мнение, что мы притягиваем то, о чем думаем... Верно это. Теперь-то я это точно знаю. Радуешься – так вокруг радость, удача и счастье. Злишься, обижаешься – и вокруг сплошь неприятности разводятся, ага, – он допил сок, и поставил стакан на стол, – Бывает, люди от природы, что ли, радостно жизнь видят, встречались мне такие, ага. А бывает... Вот, как у меня – раз! И все вдруг переменилось, ага.

Он залез в карман, вытащил что-то, и положил руку на стол.
– Вот, держи... – он разжал кулак, и с его ладони скатилась на стол черная жемчужина, – Она приносит удачу. Проверено. Только для этого жить надо радостно... А диск я сейчас принесу...
Он встал, и ушел в дом.
Я сидел, смотрел на радужно отблескивающий серый шарик, и думал о том, что обратно в издательство я сегодня уже не попаду – такие пробки на дорогах...

© Дракон Рассвета. Oct 02-03 2007


Рецензии к "Черной жемчужине"

Дракон Рассвета : Идея актуальная – это несомненный плюс. Однако раскрытие идеи (за исключением, пожалуй, финала) недостаточно полное. Нечётко прописалось "преображение", когда была найдена жемчужина.
Kathleenru : Идея занятная, но как-то мало подробностей, что ли...
Smoky : Мнение судьи :


Заснеженный ясень.
Миниатюра

Снежинки, тихо кружась, ложились на землю, на провода, на кусты и деревья. Кусты, не успевшие еще сбросить листву, округлились под тяготой налипшего снега, и превратились в кружевные сугробы.
Белые полоски снега на фоне белого неба превращали кроны деревьев в черный пунктирный лабиринт, волшебным образом висящий в воздухе.

Ясень, еще недавно гордо раскидывавший руки-ветви далеко в стороны, стоял теперь, согбенный невесомым пухом. Метелки не успевших покинуть родителя летучек превратились в тяжелые округлые грозди, и тянули, тянули ветви вниз. Казалось, дерево плачет по ушедшему радостно-зеленому лету – таким горестно согнутым оно стояло, из последних сил удерживая огромные бело-коричневые слезы...

© Дракон Рассвета (Вилай). Nov 17 2007


Дракон.
Сказка

– Домовой! Эй, Домовой! Спишь, что ли? Выходи скорее! Посмотри, кого я привел! – закричал я, подойдя к дому.
Под крыльцом что-то зашуршало, и как всегда непонятно откуда, вдруг появился Домовой. Вид у него был всклокоченный и сонный. Потягиваясь, он недовольно пробурчал:
– Ты чего среди ночи расшумелся? Мало того, что шатаешься неизвестно где по ночам, так еще и орешь! Пришел поздно, так проберись потихонечку, да спать ложись. И что ж мне за хозяин такой непутевый достался!

– Да проснись же, наконец! Протри глаза-то! Смотри, кто со мною пришел.
– Ух, ты!.. – воскликнул Домовой.
Глаза его раскрылись и засверкали золотым светом.
– Где ты его нашел? Я думал, они повывелись давно. И Леший мне говорил, что никогда их не видел. Вот здорово! Ты откуда взялся? – спросил Домовой моего нового знакомого.

– Откуда, откуда! Издалека, вот откуда. Летел, летел, решил пешочком пройтись, а тут этот идет, – кивнул он на меня, – Дай, думаю, пугну его маленько, а он не испугался. Он что, всегда такой храбрый?
– Да не припомню, чтоб он чего-нибудь, или кого-нибудь испугался, – пробормотал Домовой, продолжая с интересом разглядывать гостя.

– Домовой, ты поговори пока с нашим новым знакомым, а я ребят разбужу. Надо же им такое чудо показать! – сказал я и вошел в дом.
– Ребята! Просыпайтесь скорее! Ну, вставайте, вставайте!
– А, что?! – вскочила Настя, – Чего, пап? – заморгала она сонными глазами.

– Вставай скорее! Накинь что-нибудь и выходи на улицу.
– Зачем?
– Там узнаешь. Ну, скорее, скорее! Алеш! Проснись! – но Алеша только промычал что-то во сне и повернулся на другой бок.
– А одевать чего-нибудь надо? – пробормотала Настя совершенно еще сонным голосом.

Она стояла на кровати в ночной рубашке и терла кулаками глаза. Судя по вопросу, она совсем еще не проснулась.
– На, держи! – я бросил ей джинсы, – Сапоги – около печки, а сверху телогрейку мою накинь – вон, на стуле висит.
Я еще раз потормошил Алешу, но он спал беспробудным сном.
Настя возилась с левым сапогом.

– Что там у тебя? Давай скорее! – поторопил я ее.
– Молния застряла, помоги, пожалуйста!
Я подошел и застегнул упрямую молнию. Сняв со стула телогрейку, протянул ей.

– Держи. Одевай, и пошли! Алешку нам, наверное, не разбудить. Расскажем ему потом.
– А что там? – Настины глазки, теперь почти проснувшиеся, заблестели любопытством.
– Иди, иди! Только, смотри в пасть ему не залезай – она у него большая!
– Там что, медведь, что ли? – Настя осторожно приоткрыла входную дверь и выглянула на улицу, – Здесь нет никого! Папка, ты что, обманул меня, что ли? Ух, какая лунища!

– Выходи, выходи! Они за углом стоят.
– Что-то ты хитришь! То говорил – ОН, а теперь говоришь – ОНИ.
– Ничего я не хитрю, – сказал я, спускаясь за Настей по ступенькам крыльца, – Они – это Домовой и наш Гость. Да иди, не бойся! Он тебя есть не будет, он лунным светом питается, – успокоил я дочь, увидев, что она остановилась около угла веранды.
– А я и не боюсь! – сказала Настя, и храбро шагнула вперед.

– Ой! – воскликнула она и спросила восторженным шепотом:
– Домовой! Это кто?!...
– Ты что, сама не видишь?... Красивый, правда? – не оборачиваясь, ответил Домовой.

Он действительно был очень красив при ярком свете полной луны. Чешуя блестела и переливалась, вспыхивая при каждом его движении, голубыми, зелеными и золотистыми искрами. В огромных глазах светились те же цвета, струящиеся, словно языки пламени.

– Дракон! Папка! Настоящий дракон!! – воскликнула Настя и в восторге захлопала в ладоши, – А можно я его потрогаю?
– Это ты у него должна спросить, – ответил я.
– А как тебя зовут? – обратилась Настя к дракону. Дракон вздохнул, высунул длинный язык, прошипел что-то, взглянул, прищурившись, на Луну и сказал:
– Ты не сможешь произнести мое имя. Его можно сказать только на нашем, драконьем языке.

– А как же тебя тогда называть?
– Ну... Придумай мне какое-нибудь имя...– сказал, немного подумав, дракон.
– Дракоша! – тут же воскликнула Настя, – Дракоша тебе нравится?
– ... Д-ра... Др-ррр-рра-а!! – рыкнул дракон и тут же зашипел, – Ко-шшш-ша! Дрракошша.... А ведь неплохо вышло! Это имя мне нравится – оно и рычит, и. шипит – здорово придумала!
– Дракоша, а можно тебя потрогать? – спросила Настя.
– Можно, конечно! – весело ответил тот, и подмигнул одним глазом.

Настя подошла вплотную к Дракоше, и погладила его блестящий бок.
– Здорово! Кажется колючей, а потрогаешь – гладкая, и не очень жесткая!
Дракоша наклонил голову к Насте и лизнул ее руку.
– Ой! А язык-то какой! Как будто мокрый и сухой сразу. И мягкий, и шершавый! А у тебя крылья есть?
– Конечно, есть! Какой же дракон без крыльев – это ж крокодил какой-то будет, а не дракон!

– А у тебя большие крылья?
– Нормальные. Не маленькие, и не большие.
– Ой, Дракоша, покажи, какие у тебя крылья! – попросила Настя, – А то я никогда не видела драконьев крыльев!

– Крыльев драконьих не видела! Вот, дает девчонка! – ехидно заметил Домовой, – Можно подумать, что ты драконов каждый день встречаешь!
– Да ладно, что ты к словам цепляешься! – вступился за Настю Дракоша, – Мне не трудно... – и, оглянувшись вокруг, добавил, – Только здесь места мало.

– Как – мало! – изумилась Настя, – Поляна-то, смотри, какая большая!
– Это для тебя – большая. А я на этой поляночке и одного крыла развернуть не смогу...
– Вот это да! – восхищенно произнесла Настя и на минутку задумалась. Вдруг она встрепенулась, и я понял, что она что-то придумала. И точно, она решительно повернулась к воротам и сказала:
– Пошли на футбольное поле! Там-то уж, точно, места хватит. И Дракоша нам свои крылья покажет!

Мы с Домовым переглянулись, и посмотрели на Дракошу – что он скажет на это предложение? Дракоша посмотрел на нас, потом на Настю, которая уже пошла к воротам, подумал, и сказал:
– А почему бы и нет? Пошли...– и двинулся следом за Настей.

– Слушай, Дракон, я только что протопал семь километров от станции, может, подвезешь? – сказал я в надежде, что удастся прокатиться на драконе.

Я хитрил, конечно. Хоть я и прошел семь километров, но уж до футбольного поля, которое находилось метрах в трехстах от нашего участка, дойти мог. Но уж очень хотелось прокатиться на настоящем драконе!
– О чем разговор! Залезай! – ответил Дракоша, – И ты, тоже! Если хочешь, конечно! – обратился он к Домовому.
– А что! Мне на драконах кататься не доводилось! – откликнулся Домовой и полез вслед за мной на Дракошу.

Но тут вышла закавыка: ни я, ни Домовой, не могли залезть по гладкому боку дракона. Дракоша понаблюдал немного за тем, как мы съезжали с его круглого бока, и со смехом сказал:
– Так, у вас, пожалуй, ничего не получится! Давайте попробуем по-другому, – Дракоша согнул свой гибкий хвост так, что конец его оказался рядом с нами, – Садитесь!
Домовой и я уселись на хвост, и Дракоша поднял нас к себе на спину.
– Уселись? Ну, тогда поехали! – и мы верхом на драконе помчались вдогонку за Настей.

Дракоша проскользнул через открытые ворота, которые я не стал закрывать, когда мы с ним пришли сюда, и понесся догонять Настю.
Ощущение от верховой езды на драконе нельзя было сравнить ни с чем. Вокруг мелькали ветви деревьев, а подо мной струилось сильное и очень гибкое тело.

Вот Дракоша нагнал Настю. Она оглянулась, и, увидев Домового и меня верхом на драконе, закричала:
– Ой, я тоже так хочу! Дракошечка, можно я тоже на тебя залезу?
– Залезай, залезай! – ответил Дракоша и, так же, как и нас, поднял Настю к себе на спину.

– Поехали, Дракоша! – попросила Настя.
– А куда?
– Да по этой дорожке прямо на футбольное поле и попадем!
– Держитесь!
И снова под нами заструилось драконье тело, а ветки замелькали вокруг. Через несколько мгновений мы выскочили из леса на футбольное поле.

– Здесь, что ли? – спросил Дракоша и остановился.
– Здесь, здесь! – воскликнула Настя и съехала по гладкому боку Дракоши на землю. Следом за ней съехал я, а затем и Домовой.
– ЗдОрово! – сказал Домовой, – Я думал трясти будет, а ты везешь, словно в колыбели качаешь!
– Ну, покажи, пожалуйста, свои крылышки, Дракоша! – попросила Настя, – Здесь-то тебе места должно хватить?
Дракон оглянулся и пробормотал:
– Да, вроде, должно...

С громким хлопаньем, шуршанием и немножко звоном дракон раскинул в стороны свои крылья. Настя с изумлением смотрела, как почти все футбольное поле оказалось накрыто огромными полупрозрачными крыльями.

– Вот это да-ааа! – сказала она, и пошла прочь.
– Насть! Ты куда? – спросил я.
– Как куда? Крылья мерить!
– Чем мерить? Как? – не сообразил я сразу.
– Как – чем? Шагами, конечно!

Минуты три – четыре мы ждали ее возвращения. Когда она снова подошла к нам, то сказала:
– Пап! Ты представляешь, пятьдесят три шага! Вот это крылышки! А красивые-то какие! Вы только посмотрите! На них же радуга!!!

Крылья дракона, освещенные яркой Луной, действительно переливались всеми цветами радуги. Зрелище было необычайно красивое.
– Ну, посмотрели? Понравилось? – спросил Дракоша с довольным видом.

Чувствовалось, что ему ужасно приятно, что он нам так нравится. Шевельнув еще несколько раз крыльями, отчего по ним пробежало несколько радужных волн, он сказал:
– А вот еще, посмотрите!

Он весь напрягся, вытянулся, крылья его выпрямились и стали на вид совершенно твердыми. Вдруг Дракоша встряхнулся и с заднего края крыльев и с кончика хвоста посыпались разноцветные искры – красные, желтые, зеленые, голубые. Это было прекрасно и немного даже страшно.

– Понравилось? Ну, хватит на сегодня! – сказал Дракоша и с громким хлопком сложил крылья. Они так плотно сложились, что их стало почти не заметно. Это было удивительно – такие огромные крылья, и так прячутся.

– А тебе летать трудно? – спросила Настя.
– Ты задаешь очень странные вопросы! Я никогда не думал об этом – летал просто и все!
– А когда ты летать научился? Когда еще маленький был, или когда уже вырос? – Настино любопытство, как всегда, было безгранично.
– Да сколько себя помню, столько и летать умею, – ответил Дракоша, – мы, драконы, как только на свет появимся, сразу летать умеем. Правда, сначала это у меня не очень хорошо получалось. Я тогда больше любил с какой-нибудь высоты вниз слетать.

– А ты что, по деревьям лазать умеешь? – удивилась Настя.
– Ну, когда маленький был, у меня это неплохо получалось. Я от родителей всегда на деревьях прятался – у нас игра такая была – догонялки-отыскалки. А когда подрос, перестал, конечно, на деревья забираться.
– Почему? – не унималась Настя.

– Ну, девчонка! Сколько раз тебе говорил – сначала подумай, а потом уж спрашивай! – вступил в разговор Домовой, – Ты посмотри на него! Какое ж дерево его выдержит?
– Ой, правда! А я не сообразила сразу, – ответила Настя, нисколько не смутившись, – А сколько тебе лет, Дракоша?
– Лет?.. Не знаю... Мало еще...
– Как, мало? Пять? Семь? Ну, сколько, скажи!
– Да нет, не пять и не семь, конечно! Больше.

– Ну, ты скажешь, тоже! Пять, семь! – снова подал голос Домовой, – Да он в семь лет с твою руку размером был! Сказала бы – пятьсот-семьсот. Это было бы больше на правду похоже! В таком возрасте Дракон еще молод, но уже начинает в полную силу входить.
– Как, семьсот?!! – возмутилась Настя, – Дракоша ведь сам сказал, что ему мало лет!
– Так это для тебя, Настя, семьсот лет – много, – сказал Дракон, – А мы долго живем. Гораздо дольше, чем вы, люди! Я думаю, Домовой правильно сказал – мне лет семьсот.

– Что значит – ты думаешь? Ты что, не знаешь, сколько на свете прожил? – Настю очень удивило, что этого можно не знать, – Разве можно жить, и не знать, сколько прожил?
– А зачем? – удивился дракон, – Живешь себе, и живешь... Зачем годы считать? От этого что, лучше живется? Это вы, люди, все считать привыкли. А мы по-другому живем. Живем и радуемся. Для чего нам годы считать? Правильно я говорю, Домовой?

– Конечно! Из нашего народа только мы, домовые, немного за годами следим. Да и то, только потому, что рядом с людьми живем. А лешие, водяные, русалки и все остальные лет не считают – живут и все...
– Здорово! Семьсот лет?... – задумчиво сказала Настя, – Вот бы мне так!.. Дракош! А у тебя зубы есть? – неожиданно для всех спросила она.
– Ну какой же дракон без зубов?! – усмехнулся Дракоша.

Он открыл свою пасть, в которой блестели ровные жемчужно-белые зубы, и наклонил голову к Насте, чтобы она могла получше рассмотреть. Настя осторожно пальчиком потрогала один из драконьих зубов.
– Острые! – радостно воскликнула она, – А почему они не черные?
– То есть как, черные? Почему же они должны быть черными? – удивился Дракоша.

– Как почему? Ты же ведь дракон? – спросила она, – Ты же ведь настоящий дракон, правда?
– Дракон. Ну и что? Почему же у дракона должны быть черные зубы? – никак не мог понять дракон.
– А потому, что драконы огнем плюются! – уверенно произнесла Настя, – Вот, почему!
– Ну и что? – по-прежнему не мог понять Дракоша.
– А то, что зубы закоптиться должны! – радостно сообщила Настя, и с торжествующим видом оглядела всех нас.

– А ты, правда, можешь огнем плеваться? – заинтересованно спросил Домовой.
– Могу... – ответил Дракоша.
– Ой! Дракошечка, покажи! – захлопала в ладоши Настя.
– Да, вот, смотри!...

Дракоша прикрыл глаза, затем открыл – в них струились золотые и красные искры. Потом поднял голову, чуть приоткрыл рот, дунул – и на нас полетела струя синего с зелеными проблесками пламени.

– Ай! – завизжала Настя, и бросилась, было, бежать.
Но не успела она сделать и двух шагов, как пламенное облако охватило нас всех – и Настю, и Домового, и меня.
– Ух, ты-ыы! – восторженно закричала моя дочь, – Огонь-то не горячий совсем! А казалось – сразу сгорим!
– Да ты посмотри на себя! – со смехом сказал Домовой, – Ведь ты же горишь!

– Ой, правда! – Настя разглядывала свою руку, по которой бегали желтые, зеленые, голубые и красные огоньки. Она растопырила пальцы, и с них стали соскакивать зеленые и желтые искры, – Красиво как! Пап, а с тебя тоже искры спрыгивают?
– Тоже! – ответил я, и направил на нее палец, – Смотри!

С моего пальца соскочила огромная голубая искра и полетела к Насте. Она поймала этот голубой огонь двумя руками, и он покрыл ее словно прозрачный светящийся скафандр.
– Настя! Ты посмотри, каким наш Домовой красивым стал! – кивнул я в сторону домового.
– Он же весь сверкает, совершенно весь! – восхитилась Настя.

Надо сказать, что восхищаться было чем. Вся шерстка на Домовом поднялась дыбом, отчего он стал похож на продолговатый шар с сияющими от восторга золотыми глазами. Но самое интересное было то, что каждая шерстинка на его теле заканчивалась маленькой искоркой. Искорки эти мерцали и переливались разными цветами. Это было удивительно красиво и интересно.

– Ой, Дракоша, какой ты молодец! Как здорово ты умеешь!!.. А ты меня можешь научить огонь пускать? Ну хоть чуть-чуть! – обратилась Настя к дракону.
– Не знаю... Мне как-то не приходилось этому никого учить..
– Ну, Дракошечка! Ну, миленький! Ну, пожалуйста! – Настя прижалась к дракону и гладила его рукой, с которой все еще соскакивали искры.

– Попробовать, конечно, можно, но... – замялся Дракон.
– Я буду хорошо учиться! Честное слово! – Настя поняла заминку по-своему, – Я буду очень стараться, и делать все, что ты скажешь!
– Да нет, дело совсем в другом...
– А в чем? – удивилась она.
– Ну, во-первых, мне надо узнать, как тебя можно этому научить. Я же не знаю, как это делается. А как меня самого учили, я уж и не помню. Помню только, что делается это безлунной ночью.

– А во-вторых?
– Во-вторых, для этого нужна русалка. У тебя есть знакомая русалка?
– Есть! Даже целых три! А зачем русалка? – поинтересовалась Настя.
– Чтобы огонь сделать холодным, а то обжечься можно, – пояснил дракон.
– Понятно. А что еще нужно?
– Да, в общем, больше ничего, кажется, – сказал дракон и подмигнул Насте одним глазом.
– Здорово! Давай скорее учиться! – Настя от нетерпения начала даже подпрыгивать на месте.

При каждом прыжке от нее отскакивало целое облачко мелких желтых и зеленых искорок. Заметив это, она сказала:
– Смотрите, как красиво! – и подпрыгнула еще несколько раз, специально, чтобы показать, как это получается, – Нравится?
– Нравится, – ответил я, и хлопнул в ладоши, отчего вместо хлопка из моих ладоней вылетел целый клуб искр, и окутал меня с головы до ног, – Я бы тоже, пожалуй, научился этому!

– Ну, что ж, осталось только безлунных ночей дождаться, – сказал дракон, – А за это время я как раз узнаю, как вас этому научить, – и обратился к Домовому, – Домовой, когда безлунные ночи наступят?
– Дней, через десять-двенадцать – ответил Домовой.
– Ой, как жалко! У нас же каникулы через три дня кончаются! – огорчилась Настя, – Мы же в Москву уедем... Пап! Ну как же мы с Дракошей встретимся?
– Скажи-ка, Домовой, а сколько продлятся эти ночи без Луны? – спросил я Домового, – Ночей пять-шесть будет?

– Примерно так, – ответил Домовой.
– Отлично! А скажи теперь ты, Дракон, – обратился я к дракону, – Сколько нам понадобится времени, чтобы научиться огонь пускать, как ты думаешь?
– Ну, это в основном от вас зависит – как учиться будете. Но вообще-то, это не очень сложно. Думаю, управимся за одну ночь, – ответил дракон.
– Вот и отлично! Приедем сюда в субботу через две недели. Это будет вторая безлунная ночь. Правильно я посчитал, Домовой?
– Не совсем. Это будет третья безлунная ночь, – отозвался Домовой.
– Ну, вот и договорились, – сказал Дракоша, – Я все узнаю и научу вас. А теперь мне пора.

– Как, пора? Уже? – огорчилась Настя.
– Ну да, меня же ждут! – объяснил дракон.
– Кто?
– Мои брат и сестра. Мы вместе полетели прогуляться, а потом мне захотелось осмотреть эту местность – я здесь еще не бывал. А им было интереснее Большой Город посмотреть.

– А ты почему не полетел с ними? – спросила дракона Настя.
– Потому, что я города не люблю. Там пахнет плохо. Я еще не научился дышать плохим воздухом.
– А как же твои брат с сестрой? Они что, научились?
– Да, они уже умеют. Они же старше меня. Так вот, когда я решил лететь в эту сторону, мы договорились, что встретимся там же, где расстались, когда Луна наполовину спустится. Посмотри сама – мне уже спешить надо, а то опоздаю. Но ты не огорчайся – мы же договорились встретиться снова!

– Дракоша! А ты прямо отсюда полетишь? – спросила Настя.
– Нет, здесь места мало, – ответил Дракоша, и понюхал воздух, – А ветра нет.
– А зачем тебе ветер? – удивилась моя дочь.
– С ветром легче взлетать. Я же не могу у самой земли крыльями взмахнуть. Поэтому приходится сначала подняться немного. А для этого ветер нужен. Или разбежаться сильно, – объяснил дракон.
– Это вам всегда так трудно взлетать? Тогда вам дома целый аэродром нужен, – заметила Настя.
– Да нет, не всегда. Очень удобно прыгать с горы. Мы живем в горах – там очень удобно и взлетать и приземляться. А что такое – аэродром? – поинтересовался дракон.

– Это место, где самолеты взлетают и садятся на землю – объяснил я дракону – ты видел, наверное, самолеты? Это такие большие металлические птицы, только крыльями не машут, и воздух после них плохо пахнет.
– Знаю, знаю! – кивнул дракон, – Не люблю я их: шумят и воздух портят. Ну, ладно, мне пора!
– Дракоша, а можно мы тебя проводим? – спросила Настя.
– Можно, конечно! Я только рад буду – ответил дракон и предложил:
– Давайте я вас прокачу на прощание?!
– Ой! Давай, давай! – радостно захлопала в ладоши Настя, разбрызгивая вокруг голубые и розовые искорки.

Дракоша посадил нас к себе на спину и заскользил к дороге, на которой мы с ним повстречались. Не успел я и двух раз вздохнуть, как мы уже промчались через деревню и оказались на дороге. Дракон остановился и сказал:
– Ну, что ж, друзья, надо прощаться!
Мы соскользнули на дорогу, и подошли к голове Дракоши.

– До свидания, Дракон! – сказал я, – Не забудь, мы встречаемся.
– Помню, помню!
– Счастливого полета! – пожелал дракону Домовой, – Не забывай нас! Мы будем ждать!
– Как же я вас забыть смогу? С вами хорошо и интересно! До встречи, Домовой!

– Дракош! А долго я искрами стреляться буду? – спросила Настя.
– Да нет! Это скоро пройдет. Смотри, какие они уже маленькие стали. Пока до дому дойдешь, совсем пропадут.
– Жалко... Я Алешке хотела показать...
– Уж потерпи немного, скоро сама научишься, и огонь, и искры пускать – утешил ее дракон, – До свидания, Настя!
– До свидания. Дракошечка! Прилетай поскорее! Дракон принюхался и пробормотал:
– Ага, ветерок появился! Стало быть, бегать не придется!

Он отодвинулся от нас шагов на пятнадцать и с треском развернул свои радужные крылья. Затем он приподнял переднюю часть тела, замер в такой позе на мгновение, и вдруг плавно оторвался от земли. Когда он поднялся раза в два выше телеграфного столба, он начал медленно помахивать крыльями. Поднявшись еще выше, он взмахнул своими огромными крылами так, что даже нас ветром обдало, и быстро взмыл ввысь.

Он сделал над нами круг и с неба донеслось:
– До встречи, друзья! Счастливо оставаться!
Мы помахали ему вслед. Скоро он пропал в ночном небе. Я посмотрел на Настю, и заметил, как в лунном свете блеснула на ее щеке слезка.
– Что ты, Настена? Он же снова прилетит!
– Да-аа! А все равно жалко...
– А как там Алешка-то? – забеспокоился Домовой, – Вдруг проснется, а в доме нет никого! Как бы не испугался! Пошли скорее!!

И мы пошли домой. Войдя в дом, мы обнаружили, что Алексей лежит и читает книгу.
– Ты чего не спишь? – спросил я его.
– Да я проснулся воды попить, смотрю – Насти нет, тетрадка твоя на столе лежит. Я подумал, что ты пришел, и потащил Настю чего-нибудь ей показать. Ну, и стал вас ждать.
– Вот, видишь, Домовой, читает и нас ждет. А ты боялся, что он испугается! – обратился я к Домовому.

Он хотел что-то мне ответить, но тут в дом влетела Настя, крича, – Алеш! Смотри!! – на пальце она несла зеленую искру.
Подойдя к брату, она стряхнула огонек на него, но искра на полпути от пальца к Алеше рассыпалась и погасла.
– Жаль... – огорчилась было Настя, но, вспомнив, закричала:
– Алеша! С кем мы познакомились! Соня! Папа будил тебя, будил, а ты спишь, да спишь! Сам виноват! А мы с Дракошей познакомились, вот!

– А кто такой Дракоша? – спросил ее брат.
– Кто, кто! Дракон, вот кто!!
– Пап! Что, правда, дракон, что ли? – недоверчиво спросил меня сын.
– Правда, правда. Ладно, ребята, давайте спать ложиться. Вы посмотрите, времени-то – полтретьего!! Устал я сегодня. Будь неладны эти курсы! Правда, из-за них-то я с драконом и познакомился, – бормотал я, раздеваясь.

– Настя! Быстренько раздевайся и ложись. Завтра брату все расскажешь, – сказал я, и улегся в постель, – Домовой! Пожалуйста, последи, чтоб они не болтали, а спать ложились, хорошо?
– Да они же меня не слушаются! – ответил мне Домовой.
– А ты на них сон напусти, у тебя это здорово получается... – посоветовал я ему.

Утром разговоры велись только о нашем ночном госте. Алеша с Настей спрашивали меня все о драконах вообще, и про нашего Дракошу, в особенности. Пришлось мне рассказывать, как я с ним встретился.
– Ну, слушайте! Только, чур, уговор, – не перебивать! Договорились?
– Хорошо, хорошо! Рассказывай!

– Так вот. Возвращаюсь я с курсов. Выхожу на нашей станции. Время – половина двенадцатого. Лунища светит вовсю. Светло и не очень холодно. Ну и потопал сюда, к вам. Впереди семь километров пешего пути. Иду я себе спокойненько, по сторонам поглядываю. А больше того – прислушиваюсь.

Видно-то не очень хорошо. Хотя Луна и светит в полную силу, а все ж, не день. Тихо. Это летом всю ночь хоть кто-нибудь, да не спит. А ранней весной птицы еще не прилетели, жучки-букашки из зимних убежищ еще не вылезли, лягушки тоже спят пока. В общем, тихо.

Но вот когда мостик через ручей, что около деревни Подосинки в канал впадает, переходил – удивился. Из кустов, что по берегам ручейка этого растут, вдруг с шумом вылетел кто-то. Вижу, что птица, а какая – не разобрать. Только когда закрякала, понял – утка это. Потому и удивился, что утка так рано из теплых стран сюда прилетела: вода-то вся подо льдом еще.

Сделала эта утка круг и с кряканьем снова в те же кусты села. А я дальше иду и думаю, что не даром, наверное, эта утка необычная мне встретилась. Что-то, думаю, еще со мною приключится должно сегодня. Не может такого быть, чтобы все одной уткой и закончилось.

Иду. Вокруг – тишина. Ветра нет. Луна, и та, кажется, к небу приклеилась. Все замерло, будто ждет чего-то. И я жду. Какого-нибудь приключения.
Деревню Батюшково прошел. Тихо все вокруг.

А как к Кузяеву подходить стал, слышу, будто хлопнуло или треснуло что-то позади. Обернулся – на дороге темнеет что-то. И будто движется. Я остановился, и ЭТО замерло.
"А-аа!" – думаю, – "Хочет незаметно ко мне подобраться! Ну, пусть подбирается!"
И дальше пошел... Иду я и прислушиваюсь, что же там, сзади, делается?

Прошел еще, почти что с Кузяевым поравнялся. Слышу – сзади, будто топает кто-то тихонько. Словно кто-то очень большой на цыпочках бежит. И шуршит что-то все время. Будто этот Большой тащит за собою чего-то. Вот это шуршание меня больше всего удивило. Ну, сам-то я иду, делаю вид, будто не слышу ничего.

А когда уж и дыхание ЭТОГО слышно стало, – остановился и обернулся. Смотрю – и глазам своим не верю! Передо мной стоит... ДРАКОН. Здоровенный! Раза в два выше меня, и длиннющий – конец хвоста не разглядеть! Пасть свою открыл, зубищи сверкают, глазищи огнем горят! Ну, чего говорить – ты, Настя, и сама его видела.

Пару секунд на меня глядел – видно не ожидал, что я к нему обернусь так резко. А потом рыкнул, зашипел, да как выпустит на меня огонь из пасти!
Вот тут мне немного не по себе стало. Только испугаться я не успел. Огонь этот на меня налетел, я зажмурился. Только чувствую – ничего, вроде, со мной не случилось. Глаза открываю, смотрю – дракон передо мной стоит, я – цел. Руку поднимаю – по ней искорки разноцветные бегают. Ну, думаю, хорошо, что не сгорел. Хорошо, что огонь холодный оказался!

– Ты зачем меня сжечь хотел? – спрашиваю я дракона, – Или это у тебя игра такая – подобраться сзади потихоньку и вдруг огнем на человека дунуть?
Смотрю, дракон смутился будто. Назад даже подвинулся немного. Глазищами на меня – хлоп-хлоп. И молчит. Что, думаю, за чудо такое – немой дракон, что ли?

– Ты что, – говорю ему, – не понимаешь меня, что ли? А мне Русалочка обещала, что меня все понимать будут! Нет, не могла она обмануть! Чего молчишь-то? Давай поговорим уж, коли встретиться довелось! Я с драконами еще не разговаривал. Да и встречать вашего брата не приходилось!

– Как это ты со мной можешь говорить? – сказал дракон, – Разве люди могут с драконами разговаривать?
– Ну, мы-то с тобой разговариваем! – отвечаю, – Люди-то, наверное и не могут. А вот я могу, хоть тоже человек. Меня Русалочка научила. И дети мои могут. Их уже мы с Домовым и Лешим научили.
– Удивительно! – воскликнул дракон, – От вас, людей, все время приходится каких-нибудь неожиданностей ждать! То такой пожар зажжете, что целые страны в дыму пропадают, то с драконами, лешими и домовыми разговаривать начинаете, как в старые времена!

– Это про какой такой пожар ты говоришь?
– Да около нашего дома, на юге, на берегу моря, уж который день горит! Неба не видно! Мы оттуда сюда и прилетели, чтобы свежим воздухом подышать. Уж больно душно дома стало. А я еще не научился плохим воздухом дышать. Вот родители нас и послали сюда, проветрится.
– А кого это – вас? – спросил я, – Ты разве не один здесь?
– Нет, не один. Со мной еще брат и сестра прилетели. Только они Большой Город смотреть полетели, а я – сюда.

– Понятно. Слушай, Дракон, а может, мы дальше по дороге пойдем? Если ты не спешишь, конечно. А то у меня дети одни – беспокойно мне – как они там? За ними, правда, Домовой присмотреть обещался, но они его не очень-то слушаются! Так как, пройдемся? А по дороге и поговорим о том, о сем.
– Пойдем, – ответил дракон, – мне интересно с человеком поговорить. Я с людьми еще не разговаривал никогда!

Мы тронулись дальше по дороге. Как только мы пошли, я понял, что за шуршание меня так удивило, когда дракон ко мне сзади подбирался. Это, оказывается, хвост его шуршал по земле!
Первое время мы молчали – разглядывали друг друга с интересом. Дракон, видимо, не видел еще человека так близко, и ему, конечно, было так же любопытно, как и мне. Я уж сказал, что дракон был выше меня раза в два. То есть, голова его находилась на такой высоте. Он был весь на удивление гибкий и стройный, не смотря на свои большие размеры. Чешуя, покрывающая все его тело, была, казалось, светло-серого цвета, но точно цвет определить было невозможно.
Цвет драконьей чешуи постоянно менялся. По ней пробегали неяркие огоньки: голубые, зеленые, желтые, красные. В основном, правда, голубые и зеленые.

– Скажи-ка, Дракон, – спросил я его, – а вы долго из дома сюда летели?
– Да нет, не очень. Когда мы вылетели из дома, Луна полпути уже прошла до макушки неба. Нам нравится быстро летать. Когда быстро летишь, воздух так приятно свистит вокруг! А наверху он такой прохладный и чистый, что даже не хочется вниз спускаться!
– А что вы, драконы, едите? Вам ведь, наверное, очень много надо съесть, чтобы наесться?
– Да, так и было в давние-давние времена. Тогда драконы ели очень много. Им надо было добывать так много еды, что больше ни на что почти не оставалось времени.

– Ты говоришь – в давние времена. А что, теперь разве по-другому?
– Да! Еще во времена моей бабушки драконы научились питаться лунным светом. И даже светом звезд.
– Как это?
– А так. Взлетишь повыше, крылья раскинешь пошире и паришь. Крылья как раз и впитывают ту силу, которая для жизни нужна. Чуть-чуть так полетаешь, и до следующей ночи хватает. А если летишь куда-нибудь, вот как мы сегодня, то даже на несколько ночей хватает.
– Скажи, Дракон, а почему ты все время про ночи говоришь? – спросил я, – Вы разве днем не летаете?
– Нет.
– А почему? Разве днем не интереснее?

– Может и интереснее, но мы уже давно стараемся вылетать из дома только по ночам. Во-первых, можно обжечь крылья, особенно, если высоко взлетишь. Крылья наши к слабому свету привыкли. Во-вторых, на земле появилось очень много людей, а они, то есть вы, нас почему-то не любите. В-третьих, днем жарко, а мы жару не очень любим.
– Как интересно все, что ты рассказываешь! А за разговором и дорога короче становится – мы уже пришли. Хочешь с моими детьми познакомиться?
– Конечно! Но мне рассказывали, что люди по ночам обычно спят. Твои дети тоже, наверное, сейчас спят?

– Да, наверное, спят, – ответил я, – Но я их разбужу специально для того, чтобы с тобой познакомить! Ведь вы, драконы, теперь так редко встречаетесь! Они мне не простят, если я отпущу тебя, с ними не познакомив!
– Ну, что ж, пошли! – ответил дракон.

Я открыл ворота, и мы подошли к дому... Ну, вот и все. А что было дальше – вы уже знаете...

© Дракон Рассвета (Вилай). Apr 1991 (Свистуха – Москва)


Великим Начинаниям – Удача и Великие Свершения!
Долгим Походам и Странствиям – Счастливый Исход!
Уставшим Путникам – Яркий Свет и Добрый Огонь!

Библиотека   Хранилище Преданий   Дракон Рассвета (Вилай), Академик Природных Сил, Маг   Кавалер Ордена "За Мастерство" в номинации "Проза", Бриллиантовая I ст
 

© Орден рыцарей ВнеЗемелья. 2000-2019. Все права защищены. Любое коммерческое использование информации, представленной на этом сайте, без согласия правообладателей запрещено и преследуется в соответствии с законами об авторских правах и международными соглашениями.

Мир ВнеЗемелья, Проект Магистра Ордена ISNik-а, 2006-2017 ВнеЗемелье это – вне Земли...
  Original Idea © 2000-2019. ISNik
  Design & Support © 2000-2019. Smoky


MWB - Баннерная сеть по непознанному
 
Баннерная сеть сайтов по непознанному

Анализ сайта Яндекс цитирования