20 ноября 2020 года нашей эры, III тысячелетие: Произведена небольшая уборка в Цитадели. Пополнения в Библиотеке : Созвездие Баллад (Smoky).      11 октября 2020 года нашей эры, III тысячелетие: Магистрат поздравляет Орден с 20-ой годовщиной построения Цитадели! Ура, Дамы и Господа! Виват смелым, терпеливым и плодотворным Рыцарям Ордена!

 
Главная Башня   
Триумфальный Зал   
Геральдический Зал   
Тронный Зал   
Библиотека   
Турнирный Зал   
Гобелены   
Трапезный Зал   
Артефактная   
Зал Мелодий   
Мастерские   
Кельи   
Кулуары   
Каминный Зал   
Гостевой Зал   
Альфа-Цитадель   
Личный Замок Магистра ISNik-а, 2000-2017
Личный Замок Тайного Советника, Хозяйки Цитадели, Smoky - Прибрежные Валуны, с 2000 г
Волшебная Частица Цитадели Ордена рыцарей ВнеЗемелья. Хранится в Тронном Зале. Дается в руки всем желающим. Обращаться бережно!
 
Дипломатия Ордена

Лунная Радуга, Проект Магистра Ордена ISNik-а, 2006-2017
Музей раритетных сайтов
 
Гид Цитадели


 
НОВЫЙ Каминный Зал
Свиток-FAQСвиток-FAQ   ПоискПоиск   Рыцари, Волонтеры и Гости ОрденаРыцари, Волонтеры и Гости Ордена   РангиРанги   РегистрацияРегистрация 
 Персональный СвитокПерсональный Свиток   Войти и проверить Телепатические ПосланияВойти и проверить Телепатические Послания   ВходВход 

Образы Рыжих Снов
На страницу Пред.  1, 2
 
Начать новую беседу   Вступить в беседу    Уголки Каминного Зала   Предания
Предыдущая беседа :: Следующая беседа  
Автор Послание
Нэнси



Воин Ордена
Воин Ордена

Пол: Пол:Дама
МысльДобавлено: Ср Мар 30, 2011 1:48 am    Заголовок: Ответить с цитатой

Демиурговы маски

...Сорви с меня то, что считаешь маской, сорви все слои кожи, сорви все, что сможешь зацепить на моем лице, разорви, обнажи мою душу, и ты поймешь, что обнажил опасный смертоносный клинок, сверкающим бликом сливающимся с пространством, и только попробуй ему помешать - эта неземная сталь рассечет тебя надвое. Не обнажай клинка. То, что считаешь "масками" - лишь ножны, скрывающие клинок, который не этого мира, который не выдержит мир...
Если снять все слои, будто ткань цыганских юбок, то перед тобою возникнет не маленькая дрожащая на всех ветрах Мебиуса тварюшка, а - ветер этой самой ленты, ветер Вечности, и я не знаю (со своего нынешнего положения) что произойдет, но лучше оставь и не трогай, ведь то, что ты считаешь масками - может быть абсолютно иной вещью, которой постичь ты просто еще не умеешь.
...Мы, демиурги, это - ветра, носящие частички замыслов в Вечности, в непрерывности сознания, и лишь облаченные плотью, привычками, легендами, бреднями и температурами можем быть сами воплощением собственных задумок. Иначе - нет. Никак.
Иначе мы безликая, но - невероятно могущественная сила, создающая вселенные и души. Даже, пожалуй, судьбы, хотя и не мы виноваты в том, что случается с вами, с нашими творениями - дальше вы творите судьбу сами, раскрывая ли вложенный в вас смысл, закапывая его глубже, но - сами.
Мы лишь вдыхаем в вас особый смысл, найти его - уже ваша задача, цель жизни, а может, и вовсе пустяк.
...Сорви с меня мои цветастые ткани, не скрывающие тонкой фигуры, сорви звенящие бубенцы и языческие амулеты, сорви с меня мое нынешнее лицо, и...
...И ты почувствуешь этот ветер, этот особый, этот пьянящий ветер. Нет, не Перемен. Ветер, исполненный Смысла.
...Смысла каждого мгновения жизни - своей и чужой...
Меня нет. И я - есть, я есть куда круче, чем многие другие. Куда вещественнее и яснее, чем многие другие.
...После смерти я скину собственное тело, и стану чем-то иным. Придумаю себе что-то иное...
...Ветер, несущий Пламя. Когда веет такой ветер - расцветает папоротник. И дышится совсем, совершенно иначе.
До самого-самого дна.

06 Января 2011
------------------------------------------------------------------------
Песни Полнолуния

...Я чувствую - поднимается по венам, снизу, сверху навстречу, серебристое, прозрачное, струящееся, льющееся, извивающейся. Сходится на уровне груди, в самом сердце, в стержне его. Наполняет грудную клетку, все тело, светится в глазах, холодеет в кончиках пальцев, блестит серебром, как седина, в волосах.
Полнолуние.
Я слышу песню, идущую вверх, из земли, из-под земли, навстречу изливающемуся лунному свету. Земля чувствует, как зовет полная луна, Зеркало Богини, как отражаются в нем глаза тысячи существ, смотрящих в небо, со страхом, восторгом, надеждой, восхищеньем. Множество нечеловеческих и человеческих глаз. Взглядов, от которых тянутся вверх ниточки, сплетаются, цепляются за звезды, окутывая небеса обширной, всеобъемлющей сетью.
Я слышу, как нити этой сети бьются, как мысли бегут по ним, как по проводам, достигая неведомого собеседника. Они верят, что кто-то слышит их там, на луне.
Я тоже в это верю.
Мысли, мысли, мысли, бурный поток, поток синеватых с серебром, мыслей...
Я тянусь в ответ, подкрепляю их своими песнями, фразами, образами.
"Мне нравится его умение смеяться над собой..."
"...А, а она, она, слышишь, она - прекрасна, пусть будет..."
"Есть люди, которые..."
"Песня. Я слышу песню - ворожащие звуки души..."
...Все мы тянемся к полнолунью, кто-то - сильнее, выше, быстрее, кто-то - сам не замечая этого.
Первое весеннее полнолуние. Полнолунье новых надежд.

19 Марта 2011
-------------------------------------------------------------------------

Dalahan : "Демиурговы маски" -- Да, уж! Мое предчувствие оправдалось - сильно эмоциональная работа Написана на нерве. Женском, замечу, нерве Улыбочка Красиво! Браво!!! Не стану комментировать философскую подоплеку - когда читаешь подобные настроенческие работы, философия не столь важна. Главное - эмоциональный порыв, энергетика. И то и другое в работе присутствуют и впечатляют Образ оголенного клинка особенно силен Улыбочка
"Песни Полнолуния" -- Продолжение все того же нерва Улыбочка Кажется, обе работы написаны на одной настроенческой ноте. Сильно написано! Браво!!! Вторая работа чуть более туманна. Я не понял, к примеру, приведенных обрывков фраз (или песен). О чем они говорят? Что выражают? В большей мере они отражают душевный сумбур, как мне кажется. Не могу сказать, что это портит работу, но определенный дискомфорт при чтении создает. Но в целом красивая работа!


Нэнси : Dalahan, ну, так в моей голове никто и не копался, чтобы понимать, о каких я бреднях там напеваю ^^"
_________________
Ну а мы с тобой встретились, как два путника на сельской дороге.
У одного была отрублена голова, у второго - была с фонариком.
(с) Ф
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя Посетить Замок автора
Нэнси



Воин Ордена
Воин Ордена

Пол: Пол:Дама
МысльДобавлено: Чт Май 05, 2011 6:53 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Язык Атлантиды

Когда-нибудь я переконвертирую свою вечность в нужный формат, закрою глаза и выпаду из всего этого - не будет никаких кругов вечного перфоманса, никаких других поэтов, с которыми я могла бы сравнивать свое творчество, никакой "художественной точки зрения" - ничего этого. Для меня сдохнут все мои неприязни, все эти девочки полные безвкусицей, все эти гнусные таланты, взращенные на попытке что-то там сбацать, и - все.
Отпадет необходимость следить за тем, на каком языке я говорю, быть может, я начну говорить на языке Атлантиды, моей внутренней Атлантиды, и на моем плече будет изображение Шамбалы, и я буду отзываться только на блеск кольца на чужой руке, как струна говорить, ласково, тягуче и упруго, как собственные шаги. Как стрела, попавшая в цель, все еще дрожащая от энергии, вложенной в нее невесомым порывом тетивы.
Все эти люди сотрутся из моей памяти, ведь их выдуют ветра Атлантиды, а вечерами я буду смотреть на ночной город, и видеть в них огни. И то будут огни Атлантиды, которые изнутри, во мне. Но не важно, когда моя вечность будет в нужном формате, любой город будет Атлантидой. Я перестану понимать язык, на котором говорят все эти люди, я буду слушать их по эмоциям, по запаху и шелесту кожи, читать по губам. И исчезать из жизни, забываться, опадая пеплом, уноситься прочь.
Алегриа! Испанское "Радость" звучит так верно, и правильно, фонетически вкусно. Катаю это слово на языке, как леденец, льется по гортани горячей и пряной волной. Алегриа. Радость. Звучно, раскатисто.
Как это будет на языке Атлантиды, помнишь, помнишь?
Я вспомню. Осталось только переконвертировать свою вечность, и я буду петь тебе каждую ночь, перед сном, песни, звучащие над лунными куполами Атлантиды, и покажу тебе в сновидениях ее невесомые нити, тянущиеся к каждому выжившему.
Нет, не выжившему. Сбывшемуся.
Я - сбылась. Осталось лишь вспомнить по воле какой вечности и вспомнить ее формат.
Все мои стихи должны быть на языке Атлантиды. Тогда они правильные.
Дай мне чуть-чуть, щепотку бесконечности и бессмертия, посвященных именно мне, и я буду петь тебе свои фениксовые песни, впитанные мною из волшебных огней Атлантиды при самом моем рождении из соленых морских ветров, сквозняков, пламени. Вот увидишь, я обязательно вспомню.
Ты узнаешь меня по тайному знаку, я узнаю тебя по перстню на пальце... (с)
Пока я пишу на чужом языке - извини, ты не ощутишь всей моей души, как бы я не старалась. Не услышишь. Лишь самое-самое отдаленное, образ, не передающий сладостной той бездны.

(Использовалась строка из песни "Атлантида", Наутилус Помпилиус)

11 Апреля 2011
-------------------------------------------------------------------------

Вечерние песни Апрелю

Здравствуй, мое Королевство, давно я не заглядывал ала, не погружалась с головой в твою атмосферу, мягкую оранжевую ночь. У меня на карте много странных городов - город Грай, с черно-серебряным вороном на синем стяге, город Обмана, с огромными небоскребами, ввинчивающимися в туманы, Севе'р с его контрабандными подворотнями, и оборотнями, охраняемыми пистолетами, леса и горы, небо и моря под ним...
С моих волос капает остывающая вода, окутанная запахом цитруса, а я сижу на подоконнике - конечно же там, и смотрю на Королевство со своей высокой башенки со звездою на шпиле. В чашке у меня апельсиновый сок, и рядом конечно же свеча под осколочно-бисерным абажуром.
Я слышу гимн Королевства, и вижу, как скользят тени на медовых мостовых, как они растворяются в оранжевом сиянии фонарей, слышу ласковый шепот фонтана, не ощущаю времени, хотя квадратные часы на арке показывают без четверти звездное небо.
Из-за поворота, с улицы Черники и Мечтаний, появляется высокая, чуть сутулая, фигура. Оранжевый фонарь своим светом выхватывает каштановые растрепанные волосы, бледное, все еще осунувшееся, но уже улыбчивое, лицо, полосатый, оранжево-черный шарф. Я знаю, глаза его уже не серые, а - зеленые, зеленоватые, чуть-чуть карие. Мой болезный Апрель идет-скользит, оглядывается, на его плече болтается сумка на ремешке, и там наверняка черничные пирожные - сложно выйти с улицы Черники и Мечтаний с пустыми руками. И, наверное, термос с черничным чаем.
Он поднимает голову и смотрит - выжидающе - на меня. Чувствую его упругий, оживающий взгляд.
Я иду, подожди, я иду.
Судорожно собираюсь - легкий плащ, шарф, сумка. Фенечки и гребень.
И сбегаю по лестнице, слетаю в эту апрельскую ночь...
Шурх-шурх-шурх - шелестят полы плаща, мотается сумка, летит шарф, цепляясь за рыжий свет, за теплый воздух, в подхвате с ветром.
Шурх-шурх-шурх - порхают вокруг бабочки - оранжевые, желтоватые, черные, огненные. Или это лишь блики из чужих окон? И на моем окне все еще горит свеча под бисерным абажуром.
Апрель, Апрель, мы сидим с тобою в самом центре Королевства Кривых, на бортике волшебного фонтана, и пьем чай с черничным пирожным, и слушаем, слушаем, слушаем...
Где-то звенит струнами гитара - надрывно, весело, и нежно, ты слышишь, слышишь, о чем она поет? О тебе, мой милый, о тебе.
Все в этом городе поет о тебе, выздоравливай, а я завяжу на твоей руке неширокую пламенную фенечку, пусть она тебя греет.
На твоих волосах сидят бабочки, шевелят крыльями. А в воде отражается луна - почти полная, но уже убывающая. Посмотри-посмотри... и улыбнись своему отражению, мой прекрасный.
А пока он смотрит - я цепляю ему на сумку Ловец Удач, ему надо, я знаю, знаю.
Слышишь, ветер смеется в трубах? Он сегодня смеется долго.
Улыбнись, искажая губы, перестань быть апрельским волком.
Слышишь? Небо сегодня сыплет звезды, бабочек и мечты.
Никогда не бывает поздно вдруг взвихриться до высоты.
Слышишь? Город тебя заждался, он, как может, тебя встречает.
Я не прошу, чтобы ты остался.
Мы так просто... тобой скучаем.

Королевство треплет твои волосы и мою душу, а мы сидим, пьем чай, и думаем каждый о своем - но вместе и об одном. Ты выздоравливай только, мы и в самом деле скучали...

20 Апреля 2011
-------------------------------------------------------------------------

Перерождение

Я лежу поперек кровати, положив подбородок на сложенные руки и лениво болтая ногами в воздухе. Я смотрю, как разгорается огонек перед моими глазами, в расстоянии локтя от меня. Ударные, голос, ритм-гитара, и прочее - вот мой вечер, вот моя музыка на мое личное мгновение, на мое неизменное "сейчас".
А огонек пульсирует, ярится, то разгораясь, то смиряя свой пыл - всего на миг. Ало-золотой, брезжащий светом, лучами касается стен, мебели, меня.
Чего бы я хотела? Я бы хотела начать говорить на языке, который тут неизвестен, и чтобы ничего иного - лишь музыка, лишь огонек, тепло пледа, сквозняки, запахи красок. Я не то, чтобы замыкаюсь в себе, просто слишком много думаю, ставлю высокие планки, и многого не понимаю.
А вообще, человек либо умный, либо - нет, среднего не бывает. А еще есть мудрость, но ее я уже, судя по всему, не хочу - слишком много видится с нею.
Или, вот, представь - ты же наверняка меня слушаешь, я знаю - жить, как отшельник, но среди шумящего города, окунающегося в стальное небо и серую воду, и чтобы шарф, плащ и никаких обязательств перед случайными знакомыми, и не помнить имен и дат, не слушать их голосов в мыслях, не читать их творчества, не находить в них - и в себе - изъянов, не соответствующих желанной планке. Чтобы приходить, и кошка, чай, лукошки. И едва знакомый продавец в сувенирной лавке - я не знаю его имени, и не хочу знать, лишь помню, что у него приятный голос и глаза в сеточках морщин.
Ты слушаешь меня, слушаешь, я знаю, что ты-то - слушаешь.
Я продолжаю завихрять свои фразы, каплями бьющимися об асфальт твоего сознания, дробящиеся на брызги образов - слушай, я расскажу тебе, слушай, как сквозь стекла на лестницы ложатся радуги, как поют свои песни ветры метро, как герметично запакована моя душа в моем гибком теле, как завязываются пальцы узлами, в которых пойманы чужие мысли.
А ты научи меня, научи, забывать чужие имена и лица, научи меня не искать и не выверять, чтобы некого было жалить глазами и словами - научи меня отрывочной амнезии, чтобы каждое утро мое сознание - как чистая накрахмаленная простыня, на которых нет пятен чужих лиц, маслянистых, лишних.
Я знаю, тебе даже не придется прилагать усилий - мое сознание само договорится с подсознанием, что лица мне больше не нужны, ни лица, ни души - только если касаться случайно, изредка и искренне в толпе, струящейся по лестницам метро. Чтобы читать в них образы совершенных, непридуманных ранее, не рожденных никем, созданий.
А я буду сплетать фенечки и Ловцы Удач, смешные неуклюжие песни, искать в грозном, но справедливом городе места силы - кофейни и чайные, скверики, дворики, ловить фотоаппаратом блеск в кошачьих глазах и витринах, ветер, путанный в проводах.
Убежать-убежать-убежать от этого якобы морального личностного прогресса, погрузиться в самое себя, и не вылезать оттуда ни за что, отмахиваясь на работе автопилотом, сберегая силы и остерегаясь прикосновений жирных любопытных взглядов, которые "ой, смотри, какая девочка, она в шляпе, а зачем ей веревочки на руках, и почему она - так?". И многое-многое.
Главное, мир, дай нам убежать, не провожаемыми никем, ничьими взорами - полностью свободными и смешными, как дети.
Дай шанс на перерождение, потрепи по затылку ласково, разорви все справки и бумаги о прошлом рождении, выкинь паспорт в пламя, вдохни мое имя и не выдыхай - ему уютнее у тебя в груди - а я ухвачусь, и буду лететь-лететь-лететь, не меняя душу и возраст, цвет волос и глаз - все это останется при мне. А еще разрешение войти в чужое сердце, да.
Я буду читать свою прозу вслух, всего трем слушателям, нет, четырем. И ничего больше не важно.
Не выдыхай, слышишь, не выдыхай, оставь мое имя себе. И не спрашивай ни о чем - я не знаю, но чувствую восьмым своим потаенным и заветным чувством, которые люди могли бы назвать любовью, но я зову это иначе, это - искра, которая горит сейчас перед моими глазами, пульсируя в такт музыки. Не спрашивай, не говори, молчи - не выдыхай. Я еще не родилась.
Когда я появлюсь на иной свой свет - тогда мы будем петь, а пока - молчи, небом прошу, не выдыхай, дай мне...
...руку. Сожмутся пальцами и - летим-летим-летим отсюда, а пока...
...я улыбаюсь, да. Исполнить все, переродиться - и забыть. И - жить.
Искрясь.

20 Апреля 2011
-------------------------------------------------------------------------

Проводы Апреля

Чуть не упустив, как ты уходишь, я спохватилась вечером, когда воздух звенел, как между ударами меча о меч.
Ты, Апрель, стоял посреди площади, и время текло мимо, мимо, заглушая все звуки, и только воздух все так же дрожал, заставляя подрагивать полы походного плаща и едва слышно звенеть бубенцы на Ловце Удач, привешенному к сумке.
Ты, Апрель мой, пропах зимней сыростью, от которой только-только недавно оправился, и казалось, слишком недолго прогостил в моем Королевстве. Но, так и быть, я знаю, что ты вернешься, а значит, могу тебя отпустить со спокойной душой, но сейчас - изволь, останься до полуночи, до того, как взовьется костер Бельтайна на самой высокой горе.
А еще запах полевых цветов - ими пахнет белая рубашка. Я не вижу ничего вокруг, уткнувшись лицом в твою грудь, только то, что время так же сторонится, и воздух дрожит. И сердце, еще робко стучащее после этой затяжной зимы.
Когда прозвучала полночь - всем телом Королевства прозвучала, впуская новый месяц, новый день, первый - ты, Апрель мой, разлетелся мягкими светлячками, подхваченными ветром, растворился в звучащей ночи...
Так ты ушел, казалось, придя совсем ненадолго, но ты придешь после, когда-нибудь через вечность, холодную пропасть, звенящую бездну, с колким и певучим именем - Зима.
Я подожду, честно.
Маленькая кудесница Май, шурша длинными юбками и звеня каблучками, вошла в королевство, вышла из нарисованной двери в стене. Здравствуй, Май, здравствуй. Скоро вместе с тобою зацветет майское дерево.
Бельтайн, я пью душу огня, как дорогое вино, и всполохи от свечей скачут по стенам, читаю сказки в слух и рассказываю:
А ты знаешь, там, в Альпарисо, первый день третьего весеннего месяца - День Волны, когда смывают все старое - потому обязательно надо омыть себя с ног до головы, перестелить постель, увидеть по-новому. А еще подкрепление старого - посему корабельная команда пьет обязательно из одной бутыли, а друзья и возлюбленные обмениваются бокалами. "Я в тебе, ты - во мне".
Я люблю тебя, Апрель, и жду, жду - научилась ждать.

02 Мая 2011
---------------------------------------------------------------------------

Dalahan : "Язык Атлантиды" -- Госпожа, Нэнси, из Вас рвется что-то большое, яркое и неуемное. Но оно никак не может обрести своих ясных форм, очертаний.
Данная работа в очередной раз мне это подсказывает Ковыряет пальчиком в ладошке Вы скользите по обрывкам своих мыслей и чувств, как на сёрфинге по бушующим волнам, не имея ни малейшего представления, куда они Вас вынесут в следующий момент (то ли на лазурный берег, то ли разобьют об скалы Улыбочка ) Это опасно. Но очень, очень интересно Браво!!!
"Вечерние песни Апрелю" -- Очень красиво! Замечательно! Браво!!!Даже не знаю, что сказать кроме этого
"Перерождение" -- Эта работа мне показалась логическим продолжением (если последняя фраза, простите, применима в данном случае Ковыряет пальчиком в ладошке работы "Язык Атлантиды". Но "Язык Атлантиды" мне понравился больше. Там больше динамизма, больше четкости (если это тоже применимо ... Ковыряет пальчиком в ладошке) , больше красивых понятных образов. В этой же работе Вас совсем уж "замотало на волнах" Улыбочка
"Проводы Апреля" -- Нет, ну, не могу сказать, что плохо. Но гораздо хуже "Вечерней песни Апрелю". Опять начался полный сумбур. За ним , конечно, просматриваются чувства. Но, будучи столь сумбурно, мало-системно, наугад изложенными, трогают они уже, уж простите, гораздо меньше. Ковыряет пальчиком в ладошке


Strannik : Что тут скажешь - бесподобно! Это действительно скольжение по волнам, по краю пространственно-временных граней и сознания. Почему-то возникло странное ощущение дежавю при прочтении. Браво!!!

Тень : "дежавю при прочтении" -- (c) Жак Превер: "Память – из чего она состоит? Как она выглядит? И какой потом обретает вид – Эта память?" Если бы я умел завидовать, Ковыряет пальчиком в ладошке еще раз внимательно себя оглядел изнутри, то я бы уже обзавидовался Браво!!! Согласен, что это бесподобно! Не согласен, что "оно никак не может обрести своих ясных форм, очертаний" -- Куда яснее? не математика, чай?! Намекает на... "попробуй ему помешать - эта неземная сталь рассечет тебя надвое" -- Вряд ли Грустно и стыдно у него внутри та же неземная сталь. Есть люди с очень схожими мыслями и чувствами. Иногда мне начинает казаться, что это все человечество Ковыряет пальчиком в ладошке Практически ангел Мои аплодисменты за "Демиургов.." и "Песни..." Мне прямо уже интересно, сможете вы написать то, что не вызовет моих аплодисментов Честные глазки (Шутка)

Нэнси : Тень, если выложу что-то совсем старое, то не вызову.) Dalahan, увы, с математикой и логикой в целом у меня, ну... весьма нехорошо, если уж так говорить. Х_Х Так что ничего удивительного в том, что логически все это я составлять не умею. Но попробую.

Тень : В этом-то и вопрос, не "выложить сможете", а "написать". Сейчас или в будущем Честные глазки

Нэнси : Тень, как знать.) Правда, в таком случае я своего творчества начну стесняться, так как вроде уже приноровилась отличать "не очень" от чего-то нормального Х_х. Годы практики.

Тень : ... дают о себе знать. Катается от смеха Еще раз Браво!!!

Нэнси : Тень, если еще погодить лет пять, можно дожить до момента, когда писать я перестану, потому что годы практики дадут о себе знать.)))))

Тень : Я планирую погодить больше Катается от смеха Уж не знаю как получится

Нэнси : Тень, да вы бессмертны, чего бояться?) А я вот неизвестно, где буду и зачем.)))
_________________
Ну а мы с тобой встретились, как два путника на сельской дороге.
У одного была отрублена голова, у второго - была с фонариком.
(с) Ф
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя Посетить Замок автора
Нэнси



Воин Ордена
Воин Ордена

Пол: Пол:Дама
МысльДобавлено: Чт Дек 06, 2012 12:06 am    Заголовок: Ответить с цитатой

И всю ночь говорить про космос

Положи голову ко мне на колени, смотри в мистическое небо, там мерцают множество звезд, планет, но не думай, я не стану рассказывать банальную историю про мальчика, влюбленного в эгоистичную розу, в этом космосе их нет, и не будет.
Это мой космос.
Зато там есть планета, покрытая ромашками, и над ней летает тучный слон, слон-дождевая-тучка. Он любит свой сад, состоящий из одних ромашек, и поливает их темно-синим дождем, выпитым из самого космоса.
Когда-то, он случайно послал молнию в эту землю, но зря зажмурился в ужасе. Теперь всю планетку опоясывает маленький серебристый родник. Как будто резьба по круглой коробочке, и неизвестно, что там. Может быть, там полотенце, которое размокнув в небесных водах, развернется и умоет весь космос, и звезд станет видно еще больше.
Может, там волчок-вертушка, он смешает все Млечные пути, и за нами никто не придет.
Но пока это тайна, пока я не знаю, что внутри ромашковой планеты.
Мой космос пахнет ромашками, сиренью, цитрусом, и ни одной розы нет здесь. И никаких глупых мальчиков, никаких глупых роз.
И я, сижу на своем карнизе, болтая босыми ногами, а ты смотри, смотри. Засыпай.
Мне сегодня не спится, только думается, только мечтается и говорится, надеюсь, я тебе не мешаю?
Если так - я поцелую тебя в лоб, как Маргарита из булгаковского романа, и ты уснешь.
И увидишь свой космос, почувствуешь свои запахи, увидишь свое небо.
А я посижу, посижу, ты не трогай мои слова.
Они летят в космос.

18 Июня 2011
---------------------------------------------------------------------------
Хрустальные

Эти существа - хрустальные, я боюсь обнимать их крепко, слишком, а вдруг - покроются трещинами, нарушу рисунок, а вдруг?
И что тогда будет?
Они - прозрачные, я вижу, как внутри них пульсирует свет, вместо крови, а сердце - так это же целое солнце! Сквозь хрустальную кожу оно преломляется, и они всегда ходят в ворохе обрывочных радуг, словно полупрозрачных ленточек.
Я - рыжая, белокожая, но темная внутри, состою из когтей, зубов и огня, по моим венам течет кровь, блестит дурное что-то во взгляде, не смотри, ладно?
Лучше любуйся хрустальными, их свет лечит зрение, они теплые - не обжигающие.
Они проходят сквозь оболочки миров, они входят в душу и остаются там, они звенящие и смеющиеся, только осторожнее, осторожнее, осторожнее.
Когда они ходят босиком - слышится звон бубенцов.
Слушай, слушай, их стихия - теплые дожди, пыльные библиотеки и солнечное утро.
А я буду стоять и смотреть.
То, как они звенят.

26 Июня 2011
---------------------------------------------------------------------------
Привет звездным ветрам

...Слышите, слышите, слышите?
Я - дитя звездных и солнечных ветров, попутным потоком здесь, здесь.
Слышите, слышите?
Я пришла сюда случайно искать жимолость, живую молодость, растение вечной молодости. Не мне, но...
Но меня убедили глаза и руки полевых нимф. Ветра звездные, отцы космические, вы слышите - смерти нет, старости нет, а на моих ладонях появляются линии жизни, линии жизней где у меня множество разных имен, они звучат, как листва деревьев, как колышущиеся лесные травы.
И я не знаю, как выглядит жимолость, как выглядит вечная молодость.
А она мне и говорит: посмотри, в себя посмотри, а вдруг ты и есть - вечная молодость, та самая волшебница Смертинет?
И не знаю, что говорить, лишь смотрю в линии жизни, как морщинки в коре дерева, глубока же линия жизни, глубока и изящна.
Привет вам там, высоко-глубоко, я быть может загляну когда-нибудь через тысячу лет, ветром вечной молодости, оранжевым пучком света пролечу - быть может.
А сейчас мы пойдем искать папоротник - говорят, его цветок дарует понимание языка птиц и открывает дорогу к кладу или к самому заветному желанию. Я хочу увидеть птицу Гамаюн, и задать лишь один вопрос...
Вечность - это мы?

11 Июля 2011
---------------------------------------------------------------------------
О русалках

Знаешь ли ты, из-за чего солоно море? Море солоно из-за русалочьих слез, из-за растраченной и забытой любви.
Знаешь ли ты - все настоящие моряки никогда не умирают на суше, их забирает море, баюкает, усыпляет, и забирает к себе, спать в глубине обломков от кораблей и забытых всеми сокровищ. И возлюбленная моряка, та, которая любит его больше жизни, больше земли и неба - она становится русалкой - море зовет ее каждый день, и однажды дева уходит. И становится русалкой. Русалки ищут, заглядывают в лица, и плачут, плачут - эту соль уносят волны, потоки, и они же уносят память. Русалки не помнят, кто они, кого они ищут, и сердце их становится осколком льда, они могут лишь мимолетно влюбиться - лишь для того, чтобы утащить неосторожного с собой на дно, и там последним поцелуем испить его любовь - и насытиться, чтобы искать то, о чем они не помнят.
Говорят только, что если русалка полюбит вновь - ее сердце растает, станет морской пеной, разобьется о скалы, а чешуйки станут золотистым песком.
Но ты не бойся, и никогда не влюбляйся в моряков, дитя, и быть может море не позовет тебя.

25 Июня 2012
---------------------------------------------------------------------------
Сказка о непростых

Я расскажу тебе сказку о том, как люди становились зверями, тотемами, саблезубыми тенями, рукокрылыми мутями. Ты глаза закрой, это не больно, но чуточку жутко, хочешь - не верь, обращая все шуткою.

...Канет год, как будто не было Колеса*, сутки начинаются, да с конца, он кожу рвал на себе, словно тесный плащ, прочь из сердца рвался беззвучный плачь. На руках отрастали когти, в глазах - туман, покрывался весь шерстью, но он точно знал - коль отринет все - не видать ему ничего и нигде, он ни там, ни тут, остается только выть на луну да смотреть во тьму.

...Канет год, словно в пальцах не удержать ручья, она безумна, одна, она вновь - ничья, только бьется в груди песня птичья. Ей бы глотку порвать - да и выпустить из неволи все то, что было укрыто бездушной мглою, все, взращенное на крови, что вернулось с болью. Она пыталась узнать о любви, да отравилась любовью, и ей неясно - что делать с собою? Но лопатки взрываются с новой силой, на губах лишь трель: "Я тебя просила" - вырываются крылья в пространство мира. "Господи, как же больно, но как красиво!"

Не страшно тебе еще? Не зудят крыла, не пытается вой из груди прорваться?
Ну ладно, слушай. Я буду стараться.

...В полнолуние сошлись, как в безумном танце, два зова тех, кто не мог остаться просто семечком не проросшим.
"Не смотри, я страшный"
"Нет, ты хороший"
Коснулось крыло топорщащегося загривка. Взгляд в глаза. "Ну, ты будешь сливки?"
Смех лукавый, летящий звенит в ночи, а волк улыбается и молчит.

А что днем? Как простые люди - электрички, метро, трудовые будни, только легче теперь пережить, коль знаешь, что ты не один такой в этом странном мире.
Пахнет лесом и степью у них в квартирах.
Он за пазухой носит золотое ее перо, она - в кулоне хранит шерстинки.

Начинается полночь - и часы забывают тикать, замирают вдруг шестеренки. И на самой границе мира, зыбкой и ломкой, раздается голос - быстрый, смешной и звонкий.

Вот такие вот сказки, мой друг.
Сказки, настолько реальные, словно...

"Так ты сливки будешь?"
Я обернулась к волку.

* Имеется в виду Колесо годовых праздников, таких как Самайн, Бельтайн и прочее.

22 Ноября 2012
-----------------------------------------------------------------------------

Dalahan : Н-да.... )) Браво!!! "саблезубыми тенями " - это я специальным образом запомню - пригодится Честные глазки
_________________
Ну а мы с тобой встретились, как два путника на сельской дороге.
У одного была отрублена голова, у второго - была с фонариком.
(с) Ф
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя Посетить Замок автора
Нэнси



Воин Ордена
Воин Ордена

Пол: Пол:Дама
МысльДобавлено: Сб Фев 02, 2013 5:35 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Собирайся, королевна!

...Я прихожу сюда, когда виски мои полнятся звенящей болью и пустотой, когда руки мои - холодны, гибкий, летящий лед, губы бескровны, а волосы норовят закрыть серебристо-серые глаза. Меня - от мира, мир - от меня.
Они кружат вокруг меня, полупрозрачные, словно духи, но кто-то из них накидывает на плечи плед, а кто-то выдает мне в занемевшие пальцы чашку с чем-то горячим и терпким. Травянистым, ароматным, дурманящим - от чего я впадаю в подобие дремы.

А они меня просят - рассказывай. И я рассказываю, совсем коротенько, то, что помню или знаю, но им, кажется, этого достаточно.

Сегодня я рассказываю им про королевну, которая вопреки законам сказок и баллад - ушла следом за песнями. У нее был добрый, но скучноватый отец-король и мачеха-королева, нет, совсем не злая, только капризная чуть-чуть, и какая-то усталая, словно бы пыльная, и, как положено - у этой королевы была маленькая собачка, нет, ничуть не противная, только визгливая, как и все маленькие собачки. Юная королевна не любила маленьких собачек, балы, уроки экономики и жизнь по расписанию.
Но как-то жила, потому что никто ее сильно не обижал, а отец похоже любил, как может кого-то любить усталый и старый человек. А мачеха даже, как-то, после бала, видно перебрав лишнего - научила играть падчерицу в покер, только с одними кубиками, карточная колода тогда не нашлась, но все равно!
Но вот однажды пришел менестрель - как и положено, с красноватой пылью дорог иных стран, с жестким от песчаных бурь и изнуряющего солнца лицом и цепкими пальцами, летящими по струнам и душам.
Наивные утверждают, что то была любовь с первого взгляда, как в сказке, но я-то знаю, что нет!
Просто юная королевна посмотрела ему в глаза. И увидела тьму.
Такую тьму, что бывает в Самую Длинную Ночь в году, или же наоборот - в Самую Короткую, тьму, которая сулит чудеса, стоит лишь шагнуть за порог, такую тьму, которой пугают шебутных девчонок добрые и пропахшие выпечкой нянюшки, но девчонки все-равно бегут, бегут за этой тьмой, благо немного их - таких шебутных девчонок, а уж не вернулась ни одна. То ли нашли они себя в этой тьме, то ли наоборот - потеряли.
И королевна сидела и слушала, прямая, прямее, чем обычно, и не в перетянутом корсете было дело, а в том, что словно пружина внутри развернулась и застыла, звеня. И мачеха качала головой, чуть улыбаясь, забывшись, легонько прикусывала кончик мундштука, и король сутулился и хмурился, пока супруга не хлопнула его по спине - не сутулься! - да не кивнула, мол, смотри, уведет этот бродяга твою красавицу-дочь, ой уведет, уж я-то знаю, я-то тоже женщина, тоже была молодой. А под ее стулом-троном притихла настороженно маленькая собачка.
Пел менестрель со тьмою во взгляде, с ветром в голосе, и перед взором королевны разверзались моря и небеса, разворачивался пейзаж горной гряды, заснеженной по верхушкам, перемежаемой голодными пастями бездн, и видела она это будто с высоты птичьего полета, такого, от которого сердце переставало биться, и начинало звенеть, и мелкой-мелкой рябью звуков порождать беспокойство.
Вот он - уйдет, а я - останусь?
И что у меня здесь - дальше?
Смешливые сводные сестры, которые вот нынче томно вздыхают да о замужестве мечтающие, эти вышивания, экономика, политика, эта дурацкая маленькая собачка, эти ненужные люди - более того, люди, которым не нужны ни я, ни папа, ни мачеха - мудрая зеленоокая змея, греющаяся на камне.
Уйду, - думала королевна, глаза прикрыв, да голосу внимая - С менестрелем и уйду, тихо, на рассвете, ведь все менестрели уходят на рассвете.
За тьмой уйду, за красной пылью дорог, за тропой над бездною - тонким дощатым мостком с обвалившимися перилами.
Но менестрель ушел ночью. Лишь только поднялась луна из-за горизонта.
И никто ей этого не сказал - лишь наутро.
Спустя день юную королевну не нашли в замке. И в окрестностях - не нашли.
Злые языки утверждают, что она просто боялась править, а другие - что надоело все, но я-то знаю, это было не так.
За давностью лет и дальностью миров уже никто и не знает точно, но гласят легенды, что королевну эту видели и с гитарой, и со скрипкой, и с флейтой, но все сходятся в одном - всегда, какой бы наряд ей не приписывали - от черного с серебром и до неприметных охотничьих одежд, что вероятнее - всегда у нее были нашиты наплечники, и появлялась она с соколицей на плече.
Говорят еще, что того менестреля она так и не встретила, нигде они не пересеклись, никогда.
Кто-то говорит, что и не было его, приснился и сгинул, как морок сновидческий. Нечего было умываться водой, в которой полная луна отразилась, да в полнолуние у зеркала волосы расчесывать. Вот и не снилось бы всякое.
А еще говорят, что и королевны той не было, а если была - то куда сгинула? Нет тех могил - ни менестреля, ни королевны, никто не видел их стариками, никто точно не знает, как они выглядели, а что до тьмы в глазах - да мало ли темноглазых ходит?
Вот только в тех мирах было божество такое, маленькое, но красивое - крылатая королевна, покровительница бродячих музыкантов и соколиной охоты. Дорожная муза. И перья ее посланников многие странники вплетали в волосы, да хотя бы тростниковую флейточку с собой брали, чтобы вывела, чтобы мост под ногами не обвалился, а ежели смерть - чтоб быстрой да нестрашной.
Чтобы с музыкой в груди.

Открываю глаза. Слушатели мои застыли, мерцая полупрозрачно, тени не отбрасывая. А в чашке и нету почти ничего.
Глаз у них нету, но я чувствую взгляды.
Взгляды... прошлого?..

12 Января 2013

---------------------------------------------------------------------------
Охрипнуть от просоленных ветров

Навещая знакомый берег, отрешенно гляжу на взморье,
Возвращаясь на пепелище, осязаю рубеж времен.
Ни о прошлом, ни о грядущем не рассказывает безмолвие -
Черепки отгремевших пиршеств, парафиновый Парфенон...
(с) Михаил Щербаков

...В груди моей шумит соленый ветер, море сдавливает ребра, еще чуть-чуть - и я захлебнусь, солью его и глубиною, в горло мое больное уже от песен вольется, и все мое существо пропитает собою.
Полный вперед, капитан! Слышишь ли, как скрипит под ногами палуба, трепещут крыльями паруса, канаты звенят и поют, цепляясь за реи, а я - тонка, словно флагшток, и волосы вьются пламенным знаменем, звенят колокольчики и бусинки, перышки вплетаются в танец.
По самой кромке ватерлинии, вне корабля танцевать уже, сапогами вызванивая, разбрызгивая море, море, и ветер, и горло мое больное, посаженное песнями и говором.
Я слушаю, слушаю эту песню, подпеваю, и скоро море хлынет из меня, я и есть - море, я и есть - ветер, да что мне все эти границы, зеркала эти, взгляды, есть только бескрайняя лазурная степь и небо, небо, кровавый привкус на обкусанных губах.
Что там, за горизонтом, что там, может, край мира, край всех миров, они сливаются воедино, и падают в бесконечность, а там - кроме моря и неба ничего больше, ветер может, ну так держись, держись! Звалась я Мэвэ Моаной, и буду зваться там, где есть море, там, где - кажется свободой можно поперхнуться, словно отхватив слишком большой кусок, где штормов не так страшатся, как умереть от старости в постели, там, где вместо колец дарят звенящие серьги.
В том мире, друже, пьют во здравие моря и во славу его, там не хоронят мертвых своих в земле - их пепел развеивают над морем, с той стороны скал, чтобы ветер нес далеко-далеко, там множество часовенок и своих маленьких богов и духов, но нет там главнее бога, чем море, море там, друже, отражается в каждом взгляде, и чтобы и порадоваться, и погрустить - смотрят на море. Там все радости и все мертвецы, там все песни и вся их любовь, любовь жителей Альпарисо - Рая Храбрецов. В День Долгого Солнца прекрасные одинокие девушки ищут на берегу гальку с отверстием, промытым волнами, они продевают в эти отверстия разноцветные ленты - у каждой свой цвет - и кидают в море. Чей камешек вернется - той быть любимой и вдохновленной, музой быть, невесомой и звенящей металлическими сережками в ушах.
Там много праздников, да там на ярмарке каждый день - праздник, там всегда музыка, песни, голоса, смех, танцы, пересечение взглядов, где и знать-то не обязательно друг друга, а все - уже свои.
Корабли - любые - встречаются там с фанфарами, воплями, ношением на руках отважных капитанов и с поцелуем в запястья грозных морских колдуний - корабельных талисманов, которые говорят на языке моря, говорят, все они - жены его, и сердца их бьются тихо-тихо, чтобы не заглушать глубинных шорохов.
От сглаза там лечат соленой водой, а посылают к морскому дьяволу, морские водоросли подкладывают под пороги когда затихает ветер, там над крышами вьются сине-зеленоватые флаги, там чайки откормленные и наглые - по ним предсказывают погоду.
Я там вольна становиться ветром, соленым, режущим, смеющимся - совсем иначе, чем здесь, там я смотрю на море - и глаза мои синее, чем обычно. Могу бегать по крышам, а могу предсказывать будущее по выпадающим на кубиках точках, теряюсь, шатаюсь по портовому городу, кормлю котов и чаек, пытаюсь успеть переиграть в ладушки тамошних белозубых красавиц - ни разу не получилось! И каждый раз словно правила разные.
Вечерами там пьют грог и глинтвейн - темнеет быстро, а холодает внезапно, если только не лето, и разговоры там все о море да о море, столько рассказано было - а не иссякают их сказки, стихи и песни, наверное, пишут, много пишут, едва ли не все, потому что - море рядом, море. Опасное, нежное, безмятежное, грозное, свободное - как о нем не писать, как не любить это море?
Я засыпаю под эти стихи и песни, уютно устроившись в продавленном кресле в самом темном углу под керосиновой лампою, и снится мне море, и что я - лишь ветер над ним.
На свободный уголок кресла вспрыгивает кошка, а добрая хозяйка - Мирта, Марта? - укрывает меня цветастою рыжей шалью.
Но даже эта шаль пахнет морем, морем, которое везде здесь, и во мне тоже.
И, покуда ты здесь - и в тебе.

15 Января 2013
---------------------------------------------------------------------------
Ночь Сказок - Древо Памяти

...А Штурман, веселая звонкая Штурман сидит, прислонившись затылком к общему лежбищу. Она не пьет и не курит, но ей ничего этого не надо, чтобы ее рассудок помутился, уносясь в далекие дали, столь далекие, что синий взгляд туманится, движения рук, чистящих мандарин, замедляются, а голос ее - обычно взвинченный, чуть нервный, смеющийся - приобретает глубину и странную хрипотцу, которую никто и не ожидал.

Там, куда на самом деле текут все реки и заканчиваются все моря, там, дальше, чем горизонт, видимый с крыши, там... есть остров, небольшой, идти - всего ничего, и в центре его растет раскидистое дерево, чья кора - темно-синяя, как чернила в шариковой ручке, а листья - и белые, и разноцветные, на белых видны письмена, а разноцветные - это рисунки, картины, фотографии...
Весь остров усыпан этими листочками, фрагментами чернильного Дерева Памяти, они шуршат под лапами и под ногами, шевелятся от нежного морского бриза - почему-то ни одна буря не нашла дорогу сюда, да на этот остров вообще мало кто приходит, память ведь такая штука, знаешь ли, поди разбери что настоящее, а что - так, выкинь да выбрось, что на этом древе не прорастет и канет в пучины морей Мироздания.
Память опадает, скрывая песок острова, что-то уносит ветер, ну а что-то...
На этом острове - уж не знаю, как он называется - часто бывает один, такой... странный. И интересный. Темный Человек. Он темный не потому что злой или плохой, а лишь потому, что бело-пепельное лицо его всегда сокрыто тенью бесконечных раздумий о... обо всем. Одет он просто, невзрачно даже, и не отличишь в толпе от простого человека, только если он сам тебя выделит, ну а так... и не найдешь его. Никогда. Он хорошо прячется, пусть и не прячется вовсе.
Сидит этот Человек на берегу, смотрит на воду, подбирает листок, и задумчиво подносит зажигалку, подпаливает краешек. Листок горит, сворачивается, и серебристый дым частично улетает вверх, частично его вдыхает Темный Человек, и, прикрыв глаза, долго наслаждается воспоминаниями, вдохнув в себя несколько разных.
А улетевший вверх дым сливается в одну серебристую тучку, напитывается океанской влажностью и проливается на дерево - вновь, в который раз.
Говорят, этот странный и интересный помогает сочинять будущее.
Иногда, говорят, к нему подходит большой пламенный зверь, похожий и на кошку и на волка, так, смесь несуразная какая-то, трется широколобой головой о плечо, и ложится рядом, прикрыв небесного цвета глаза, смотрит на дым, тихо умиротворенно урчит, иногда чихает от вязко-пыльного запаха бумаги, хвостом с пламенной кистью шевелит осторожно, чтобы не спугнуть видения и символы, пляшущие под сероватыми веками Темного Человека, и прислушивается к шорохам, которых еще нет в здесь и сейчас, но будут - потом и тогда...
Доброго вам всем вчера и доброго вам всем завтра.


Штурман выдыхает судорожно, выронив мандариновую корочку, и под сомкнутыми веками ее дрожат новые видения, которые, может, станут новым небом и новым ветром - когда она вновь начнет говорить.

26 Января 2013

---------------------------------------------------------------------------
Берегиня кошмаров

...Она идет вдоль длинного дома по темной подворотне, освещаемой жидким светом из окон и всего парой целых лампочек. Это - самый короткий путь от остановки до дома, и - самый темный. Обычно, этот проулок обходят стороной даже взрослые мужчины, и что тут делала худенькая девушка, чуть ли не подросток - было загадкой. То ли ей было все равно, что с ней станет, то ли - была уверена в своих силах. А может...
Ей навстречу выходит некий темный силуэт, по сравнению с ней - громадный, мощный, плечистый. Казалось, он перегородил весь проход. Хриплый голос просит закурить, заслышав "не курю" - оскалился похабно, но вдруг - словно бы поперхнулся воздухом, отшатнулся, бормоча что-то под нос - мат или молитву, не разберешь.
Разворачивается. Бежит, не оглядываясь, втянув голову в плечи, продолжая бормотать. Кажется, все-таки молится.
Из темноты возле стены, позади девушки, поднимается нечто - черная гладка шкура, длинные, тонкие лапы, длинная же морда, как у добермана, но массивнее. Существо не получается разглядеть, оно сливается с темнотой, и лишь глаза - продолговатые, какой-то злой формы переливаются красновато-бордовым, отражая тусклый свет. Создание громадного роста - почти два метра в холке, но кажется изящным, сложенным, как сюрреалистическая статуэтка из эбонита.
- А я говорил тебе, что не ходи по подворотням, - голос звучит словно отовсюду, низкий, "густой", чуть порыкивающий.
- Ну а чего мне бояться? - девушка улыбается, обернувшись, делает шаг к существу, привставая на цыпочки обнимает безбоязненно за шею, гладит короткую поблескивающую шерсть. Чудовище издает тихий рокочущий звук, еще не рык, но близко, и скалит зубы в жуткой улыбочке. Но девушка не пугается, она знает - ему нравится, просто он не умеет показывать это иначе, чем вот таким жутким образом. От оскала этого монстра седеют другие, но не она.
- Мы скучали по тебе, - жуткая тварь трется узкой головой о щеку обнимающей его хозяйки, она улыбается счастливо, жмурясь и продолжая обнимать того за шею.
- Я уехала всего на неделю к морю. Привезла много красивых фотографий и всякие ракушки. И даже бутылек морской воды для Тиня. Он же хотел, помнишь? - монстр щурит и без того неширокие глаза от удовольствия - И как остальные там?
- Скучают, - вздыхает тварь, невольно рыкнув - Дня три резвились по всему городу, а потом надоело. Да и опять эти святоши лазают везде, мало ли... Ну, ты так не делай больше... - укоряюще просит ее монстр, вильнув гладким хвостом.
- Давай я тебя покатаю, посмотришь на город, - он высвобождается из объятия бледных рук, ложится, чтобы ей было удобно взобраться на спину, потом осторожно поднимается, делает шаг, другой - вокруг когтистых лап вьется хороводами пыль и мелкий мусор, мягкий, бесшумный рывок - тварь взмывает невесомым силуэтом, унося с собой хозяйку, обхватившую могучую шею.
Они несутся сквозь ночную темно-синюю мглу, расцвеченную полотнищами света от фонарей, приглушенным шторами свечением окон, сквозь звуки машин и музыки, голосов и телевизоров. Его лапы уже не касаются черепичных крыш, монстр несется по воздуху быстро и плавно, в шерсти отражаются звезды колючим блеском. Она смотрит вниз, и видит не совсем то, что видел бы обычный человек. Она видит, как в паутине проводов запутались теневые информаторы, путающие телефонные линии и телевизионные каналы, устраивающие помехи, которые пугают детей и даже иногда взрослых, потому что очень похожи на завывающие голоса. Она видит, как в помойках роются похитители памяти вещей - они сжирают все то, что "видели" вещи, воруя частички человеческих жизней. Их маслянистые блеклые глаза начинают светиться ярче, если удается найти вещь с памятью чуть более интересной, чем консервная банка.
По стене небоскреба через три улицы видно пару темных клякс, похожих на сломанные зонтики. Они ищут тех, кто сейчас мечутся в температурном бреду или видит кошмар, и подпитываются его слабостью и болезнью. И человеку через какое-то время становится легче.
Город полон чудовищ и монстров, тварей и кошмаров. Некоторые из них опасны, некоторые почти не пересекаются с людьми, а вот бывает что помогают даже. Все они либо омерзительны, либо - прекрасны, одни приманивают людей к себе, иные - отпугивают.
А бывают те, кто дружит с ними. Личности, которых людьми назвать уже сложно. Их мало интересует жизнь социума, либо даже среди других они - выделяются. Эти странные не могут влиться ни в один коллектив, не задерживаются в компаниях, не смотрят новости.
Эти странные смотрят в себя, и через глубину своих переживаний - на весь остальной мир.
Изящный силуэт осторожно приземляется у порога старого одноэтажного домика под рыжей черепицей. Его окна обычно всегда завешаны тяжелыми портьерами, на крыше крутится флюгер в виде двух летучих мышей, мелодично позвякивают латунные колокольчики и какие-то странные амулеты поблескивают над дверью.
Открыв дверь, девушка тут же падает на пол - ее с радостным писком сшибает с ног непонятное существо, состоящее из вороха малиновых перьев, множества цепких лапок, коротких ног. Создание больше похоже на игрушку, чем на что-то живое, однако оно верещит, обнимая пришедшую за шею и плечи, щебечет что-то, вздыбив перья.
- Ну вот! Ты пришла! - радостно повизгивает малиновое нечто - Пришла! А то! Ну как так! Оставила нас одних! Ну как так можно?!
Хозяйка дома смеется, пытается отцепить бархатные лапки и подняться на ноги, запутавшись в длинном ремешке сумки. Черный зверь стоит на пороге, улыбаясь своим жутким оскалом, но это никого не пугает. Он дома.
- А ты?! Ты! Привезла мне?! Ракушку на веревочке?! - продолжает пищать малиновое. Постепенно, к ним сползаются остальные обитатели дома, темные, бесшумные, жутковато-завораживающие. Скользят, летят, прыгают. Просто появляются из стен и потолка. Руку девушки обвивает темно-серый, почти черный змей, скользит ей на плечо, и чешуя его ледяная, как дыхание зимы. Но и он рад ее видеть.
На голову падает маленькая крылатая тень, один из смятых "зонтиков", пожирающих температурный бред, но пока еще совсем малыш.
- Я тебе и морскую воду привезла, - смеется девушка, осторожно отцепляя одну из четырех пар бархатных лапок - Только дай мне встать, я же на сумке сижу!
Спустя десяток минут она сидит на полу в большой комнате, прислонивших спиной к катавшему ее монстру, и рассказывает рассевшимся по всей комнате чудикам и монстрикам о море, разложив бусы из ракушек, смешные талисманы из камешков и лент, включив ноутбук с фотографиями. Ее плечи обвивает блестящее тело змея, притушившего зловещее синее сияние, под боком устроилось малиновое нечто, наконец-то переставшее верещать.
А за зашторенными окнами просыпался город, окрашивался красками рассвета, растворяя благостную темноту, лишая укрытия ночных жителей, прячущихся в свои подасфальтовые норы и подвалы, разбредаясь по незаселенным еще квартирам и пустым комнатам, и - иногда приходя в дома к странным людям, которые их не боялись.

02 Февраля 2013
-------------------------------------------------------------------------------

Strannik : Ой, какие у Вас сны интересные! Аж завидно Улыбочка Прекрасные миниатюры!
"Собирайся, королевна!" и "Берегиня кошмаров" больше всего понравились! Браво!!!


Dalahan : "Собирайся, королевна!" Прошу простить. Прежде всего о фразеологии. Это все, конечно, глупость по сравнению с сутью излагаемого, но все же. Первый же абзац вверг меня во фразеологический тупик: "...Я прихожу сюда, когда виски мои полнятся звенящей болью и пустотой, когда руки мои - холодны, гибкий, летящий лед, губы бескровны, а волосы норовят закрыть серебристо-серые глаза. Меня - от мира, мир - от меня." -- Я с трудом разобрал: что холодное, что гибкое, что "летящий лед", и что от чего кого закрывает. Ну, это все, повторюсь, мелочи. Лад с ними.
Впрочем, нет. Дальше опять загадка: "Они кружат вокруг меня, полупрозрачные, словно духи, но кто-то из них накидывает на плечи плед, а кто-то выдает мне в занемевшие пальцы чашку с чем-то горячим и терпким." -- Кто они? Опять заставляете меня (читателя) догадываться? Ладно, я так и не понял, кому Вы это все рассказываете Улыбочка Ну, да ладно Улыбочка Остальное мне понравилось. Браво!!! (То, что рассказано). Королевна, бросившая все и отправившаяся по следам менестреля, сама став менестрелем (и даже сделавшись покровительницей менестрелей!!!) ВЕЛИКАЯ ОДА ЛЮБВИ!!! (Пожалуй, здесь я уже начинаю видеть самого Автора ) Спокойный, как удав
"Охрипнуть от просоленных ветров" -- Да, это мне очень понравилось!! Браво!!! Не слышал про "Альпарис" - надо будет поинтересоваться Улыбочка Обязательно это сделаю. Правда, с фразеологией опять проблемы. Не следите Вы , Нэнси, за тем, что пишете. Ковыряет пальчиком в ладошке Видно, делаете все в состоянии эмоционального аффекта. Это хорошо. Так рождаются сильные вещи. Но потом надо, все-таки, выходить из аффекта и "причесывать" написанное. А вообще мне понравилось Браво!!!
"Ночь Сказок - Древо Памяти" -- Нет, ну это просто ... у-у-у ... я в шоке !!! Я в шоке Я, конечно, ошибаюсь в Ваших мыслях (наверняка!), но ЭТО ЖЕ ПРО МЕНЯ!!! Как Вы все это про меня увидели???? Улыбочка Впрочем, какую глупость я говорю! Конечно же Вы говорите про кого-то другого... Спокойный, как удав
И, все-таки, как Вы все это про меня увидели???? Катается от смеха
"Берегиня кошмаров" -- Это ХОРОШО. Очень хорошо! Браво!!! Милые, по сути добрые "монстрики", вынужденные обитать в действительности реально злом Городе, дождались возвращения их любимой "ведьмочки"! Умилительная сцена! (Реально, я без сарказма и иронии Улыбочка ) Невольно навеялась мысль: может они - монстрики - как раз и есть "нормальные" существа, а вот остальные обитатели Города, названные Вами "святошами" ( кстати, опасно смелая выходка с Вашей стороны ))) ) на самом деле истинные "злые монстры" ??? Спокойный, как удав


Тень : Аналогично стихам.... почитаю... Практически ангел

Нэнси : Господин Dalahan, ну, да я писала и в самом деле про другого, но, как показывает "практика" - многие кого-то увидели, и это правильно.) А с монстриками... есть у меня такое, что с теми, кого считают чудовищами я нахожу язык намного легче, чем с "нормальными" людьми. %)
_________________
Ну а мы с тобой встретились, как два путника на сельской дороге.
У одного была отрублена голова, у второго - была с фонариком.
(с) Ф
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя Посетить Замок автора
Показать мысли:   
Начать новую беседу   Вступить в беседу    Уголки Каминного Зала   Предания Часовой пояс: GMT + 4
На страницу Пред.  1, 2
Страница 2 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете затевать беседу
Вы не можете высказывать мысль
Вы не можете редактировать свои мысли
Вы не можете удалять свои мысли
Вы не можете голосовать в опросах
Каминный Зал
 

© Орден рыцарей ВнеЗемелья. 2000-2020. Все права защищены. Любое коммерческое использование информации, представленной на этом сайте, без согласия правообладателей запрещено и преследуется в соответствии с законами об авторских правах и международными соглашениями.

Мир ВнеЗемелья, Проект Магистра Ордена ISNik-а, 2006-2017 ВнеЗемелье это – вне Земли...
  Original Idea © 2000-2020. ISNik
  Design & Support © 2000-2020. Smoky


MWB - Баннерная сеть по непознанному
 
Баннерная сеть сайтов по непознанному

Анализ сайта Яндекс цитирования