20 ноября 2020 года нашей эры, III тысячелетие: Произведена небольшая уборка в Цитадели. Пополнения в Библиотеке : Созвездие Баллад (Smoky).      11 октября 2020 года нашей эры, III тысячелетие: Магистрат поздравляет Орден с 20-ой годовщиной построения Цитадели! Ура, Дамы и Господа! Виват смелым, терпеливым и плодотворным Рыцарям Ордена!

 
Главная Башня   
Триумфальный Зал   
Геральдический Зал   
Тронный Зал   
Библиотека   
Турнирный Зал   
Гобелены   
Трапезный Зал   
Артефактная   
Зал Мелодий   
Мастерские   
Кельи   
Кулуары   
Каминный Зал   
Гостевой Зал   
Альфа-Цитадель   
Личный Замок Магистра ISNik-а, 2000-2017
Личный Замок Тайного Советника, Хозяйки Цитадели, Smoky - Прибрежные Валуны, с 2000 г
Волшебная Частица Цитадели Ордена рыцарей ВнеЗемелья. Хранится в Тронном Зале. Дается в руки всем желающим. Обращаться бережно!
 
Дипломатия Ордена

Лунная Радуга, Проект Магистра Ордена ISNik-а, 2006-2017
Музей раритетных сайтов
 
Гид Цитадели


 
НОВЫЙ Каминный Зал
Свиток-FAQСвиток-FAQ   ПоискПоиск   Рыцари, Волонтеры и Гости ОрденаРыцари, Волонтеры и Гости Ордена   РангиРанги   РегистрацияРегистрация 
 Персональный СвитокПерсональный Свиток   Войти и проверить Телепатические ПосланияВойти и проверить Телепатические Послания   ВходВход 

Рассказы и миниатюры.
На страницу Пред.  1, 2
 
Начать новую беседу   Вступить в беседу    Уголки Каминного Зала   Предания
Предыдущая беседа :: Следующая беседа  
Автор Послание
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Чт Янв 22, 2009 4:31 am    Заголовок: Ответить с цитатой

Лужа времени.

Время иногда несётся, иногда бежит, а то и вовсе тянется, но всегда тащит, тащит нас за собою, иной раз вертя и швыряя так, что ничего невозможно разобрать, кроме этого сумасшедшего потока жизни. Но иногда…
Связи с миром истончаются, а иные и вовсе рвутся, и начинаешь из этого мира выпадать. Вначале плавно и незаметно, по чуть-чуть, а когда заметишь, оказывается, что уже провалился куда-то, и над поверхностью остались только глаза…
Время уже не стремится куда-то, не бежит ручейком, а расплёскивается бездвижной лужей. И становится неважно, что куда-то опоздаешь – ведь опаздывать некуда, а даже если и есть куда, так и плевать. Вчера и сейчас сливаются, и уже невозможно вспомнить, было ли это сегодня или уже неделя минула. Времени нет, и память становится не нужна…
Интерес ко всему и всем пропадает, затухая в мутном желе безвременья. И слабо мерцающие воспоминания уже не в силах поддержать ни одно влечение. Всё вокруг становится тусклым и одинаковым – таким же желеобразным серым ничем, как и время. Время, которого нет…
Обязанности, которые и остаются, по сути, единственным, что здесь удерживает, тоже мало помалу становятся всё призрачнее, всё эфемернее, и перестают обязывать, а лишь тянут в силу привычки, по инерции. Но постепенно начальный импульс слабеет, гаснет, и привычки тоже растворяются, как и всё остальное…
И даже собственное инферно совсем не страшно – ведь и там, как и повсюду, вокруг тоже только серое ничто – без боли, без мысли, без чувства, без сознания…

22.01.2009.
---------------------------------------------------------------------

Тень : ага, что-то знакомое до боли)))). еще бы мысль или хотя бы сознание для ее производства. но только тени, тени или только одна большая тень...)

Smoky : Вот так вот, да ? Само коварство Вот такие у нас мысли кружатся, точнее, плавают и не просто, а в луже времени... Да ?! Будут Райские кущи Что ж... Я очень рада, что Дракон, наконец-то, смог ! Браво!!! Не драконовскую вещицу, если честно, но до боли знакомую, то есть напоминающую суть вещей вокруг... Не знаю, как другим, но мне сильно напоминающую... Так и существуем. Честные глазки

Chunya : Браво!!! браво, браво и еще раз браво...
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Вс Янв 25, 2009 7:42 am), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Вс Мар 29, 2009 1:34 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Стойкость.

Они стояли, и не желали поддаваться.
То, что уничтожало соседей, сильно прореживая спаянные ряды, их лишь оттачивало, делало похожими на острые лезвия копий, упрямо выставленных навстречу яростной силе врага.
Блестящие, сверкавшие когда-то чистым алмазным блеском, доспехи почернели, словно закопченные, но даже это не умаляло решимости выстоять во что бы то ни стало. Пусть беснуется вокруг неодолимая стихия – они стоят.
Они не сдаются – они стоят. Они стоят насмерть, прикрывая собою других от убийственного огня. Они стоят, становясь всё острее и жёстче, ощетиниваясь презрительной смертной усмешкой.
Кристаллы льда на боку сугроба.

29.03.2009
------------------------------------------------------------------------

ZoomKnight : Браво!!!

Лотадан : Эх, Дракон! Вот у меня в одной игре такая же история, стоят и не продаются Катается от смеха Но это я все о своем. А миниатюра интересная, мне понравилась.

Smoky : Прекрасно, Дракон ! Прекрасно по всем фронтам (Вы же понимаете. о чем я) ! Улыбочка

Chunya : Браво!!! чудесно Улыбочка

Тень : Как удар копьем, вроде бы есть протяженность, но ... только короткий блеск. отраженный в глазах и тьма! Браво!!! Авитаминоз кончился... вполне официально))
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Вс Мар 29, 2009 8:45 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Сб Апр 11, 2009 2:26 am    Заголовок: Ответить с цитатой

Сокровище.

Рыцарь стоял и в недоумении переводил взгляд с одной драконьей головы на другую. Головы высовывались из двух соседних пещер. Самих драконов видно не было – тела скрывались в темноте, контрастирующей с ярким солнечным полднем и от этого становящейся непроглядно-чёрной.
– Ну, что будем с ним делать? – спросил левый дракон.
– Съедим? – полувопросительно-полуутвердительно заметил правый.
– Ну, правильно, ты, как всегда только о жратве и думаешь… – печально отозвался левый. – А потом изжогой маяться?
– Изжога… – передёрнувшись, сморщился правый. – Изжога – это да, это противно. А что ещё с ним делать?
– Можно поджарить, и пусть валяется, где стоит... – задумчиво проговорил левый.
– Ага, чтобы через пару дней здесь всё тухлятиной провоняло? Ты глянь, какие погоды-то стоят! Не зима, чай…
– Ну, тогда давай отпустим подобру-поздорову. Тем паче, не здешний. Глянь – разве добрый богатырь в такие железяки залезать будет?
– И то правда, – кивнул, соглашаясь, правый. – Замухрышка какой-то, даже жалко.
– Это кто замухрышка?! – мгновенно вышел из ступора рыцарь. – Я, между прочим, сэр Лан…
– Слушай, не вопи, а? – качнувшись, попросила голова левого дракона, – И без тебя башка раскалывается…
– А не надо было вчера так набираться, – мстительно заметил правый.
– Ой-ой… Кто бы говорил! А сам-то, сам?..
– А что сам? Ты ж знаешь, у меня похмелья не бывает.
– Ага, не бывает, – усмехнулся, и тут же болезненно сморщился левый дракон. – Ох, леший, побери… Не бывает, только утром почему-то лапы не ходят.
– Нууу, – смутился правый, – зато башка не болит…
– Надо бы поправиться… – проворчал левый и прикрыл глаза. – Смотреть даже больно. Чего ты там вчера намешал?
– Это не я, – твёрдо ответил правый, и сочувственно поглядел на собеседника, – это всё сокровище…
– Ага! – пробормотал тихонько сам себе рыцарь, – Значит, всё-таки сокровище есть…
– Я слышал… – повернулся к рыцарю правый дракон.
– Только не про тебя наше сокровище… – добавил, не открывая глаз, левый.
– Так что, можешь убираться восвояси, покуда мы добрые, – закончил мысль правый дракон и выдул струйку дыма в направлении сэра.
– Ну, уж нет! – твёрдо ответил рыцарь и потянул из ножен меч. – Я пришёл, чтобы сразиться с тобой!.. С вами.
Сталь заскрежетала по стали, и оба дракона страдальчески скривившись, исчезли в глубине пещер.
– Ненавижу этот звук! – донёслось из темноты.
– Не сильнее меня...
– Вот и замечательно… – заметил рыцарь и с мечом наперевес отважно ринулся вслед за драконами.

В пещере было темно, особенно после яркого солнечного света. Рыцарь замешкался, дожидаясь, пока глаза привыкнут к скудному освещению. Покуда очертания каменных стен вокруг проявлялись всё отчётливее, шорохи, скрипы и постукивания, которые слышались в глубине пещеры от удалявшихся чудовищ, становились всё тише и тише – пока не растворились вовсе в глухой темноте подземелья.
– Даааа, без света я тут ничего не найду, – проворчал рыцарь, вглядываясь в чёрный провал хода. – И как эти зверюги, интересно, дорогу находят? Может, на ощупь? – и он, коснувшись свободной рукой стены, медленно побрёл вглубь горы.

Пещеры составляли, как оказалось, настоящий лабиринт. Проплутав в кромешной тьме так долго, что совершенно потерялось представление о времени, рыцарь заметил в одном из боковых ответвлений слабый отсвет. Прогрохотав несколько раз шлемом по низкому своду, он вывалился в огромный зал. У противоположной от него стены с потолка свисало несколько сталактитов, светящихся нежным розовато-золотистым светом.
Между сталактитами и рыцарем ворочалось что-то здоровенное и тёмное. Оттуда слышались громкие томные вздохи-полустоны и тонкий перезвон, который был до невозможности похож на звон золотых монет.
– Вот вы где, значит, – прошептал чуть слышно рыцарь, – прячете ваше сокровище...
И он, стараясь производить как можно меньше шума, двинулся вперёд.
Стальные заклёпки подошв цокали по камням, а доспехи жалобно поскрипывали и погромыхивали. Но это ни в коей мере не смущало отважного рыцаря. Тем более что шум, производимый рыцарем, казалось, совершенно не замечался драконами. Сэр упорно прокрадывался в направлении розового света и тёмной шевелящейся туши.
Вздохи и звон слышались громче с каждым шагом.
Когда до цели оставалось пара десятков шагов, рыцарь сообразил, что казавшееся волшебным розовое свечение сталактитов было солнечным лучом, падающим из округлого отверстия в потолке и пронизывающим полупрозрачные каменные сосульки.
Подойдя ещё ближе, он остановился перед сталагмитом выстой в два человеческих роста. Из-за камня по обе стороны от него то и дело появлялись то край крыла, то округлый бок дракона, то изгиб длинной шеи.
– Ну, хор-рошш, – послышался драконий голос, – уж и ходить не мож-жешь.
– Кто? Я? Да я…
Послышался шум упавшего огромного тела.
– Ну! Что я говвворил?
– П-подум-маешшь…
– Отттдай лапы,– за камнем началась возня. – Лап-пы отдай, я сказззал!
– Да, зззабирай…
Возня возобновилась, и позади камня опять возник драконий бок. Послышался чмокающий звук, сопение и затем блаженный стонущий выдох.
Рыцарь, подняв меч, обежал сталагмит и, замахнувшись уже, замер, поражённый увиденным.
Покачиваясь и поддерживая себя упёртыми в пол крыльями, перед рыцарем стоял дракон. Голова его с полуприкрытыми глазами плавно раскачивалась из стороны в сторону. Это было занятно – всё же драконы не на каждом шагу встречаются и, тем более, явно одурелые – но не поразительно. Поразительным было то, что у дракона было две головы. Вторая голова, точная копия первой, бессильно лежала на каменном полу прямо у ног рыцаря. Глаза её были закрыты, длинный язык свешивался из приоткрытой пасти набок, а нижняя челюсть блестела от какой-то густой жидкости.
– Так вы… ты… – забормотал рыцарь, поглядывая то на одну, то на другую голову.
– А? – распахнула глаза покачивающаяся в воздухе голова. – А, яв-вился… За сок-кровищем, под-ди? – спросила, заикаясь она.
– Ккто? – бормотнула, лежащая голова, не открывая глаз.
– Ккто? – верхняя голова медленно повернулась к лежащей и качаясь, долго смотрела на товарку. – Нууу… эт-тот… замух… мух-рышик железный, – наконец проговорила она, слизывая длинную тягучую каплю, потянувшуюся с подбородка, и опять повернулась к рыцарю. Дракон покачнулся, крылья его проехались по полу, сгребая мелкую каменную крошку, отчего раздался знакомый перезвон.
– Ну, сколько бы вас ни было, вам конец! – воскликнул рыцарь и, ухватив меч обеими руками, рубанул по лежащей на полу шее.
Меч жалобно звякнул и отскочил, едва не ударив рыцаря по шлему.
– Что, оп-пять гномы ззза чеш…чешуй…уёй?.. – промямлила лежащая голова.
– Нет здесь ник-ик!-каких гном-мов… Эт-то мух…ик! рышик твой…
– Я не замухрышка!! – взъярился рыцарь. – Я рыцарь! – и стал с остервенением наносить удар за ударом по лежащей шее.
Меч с жалобным звоном раз за разом отскакивал от дракона, будто тот был резиновым.
С алмазной чешуёй. Потому что, когда рыцарь остановился перевести дух, он обнаружил, что его замечательный меч был весь в зазубринах и даже немного погнулся.
– Что за чертовщина?.. – изумлённо выдохнул он, разглядывая покорёженное лезвие.
– Брось-ик!… – сказала драконья голова над рыцарем. – Таким нас не взять-ик!
– Таким?
– Ага-ик! – голова облизнулась и покосилась на сталагмит. По сталагмиту стекала та самая густая жидкость, в которой была вымазана лежащая голова.
– Эт-то же не меч-клад-денец, – вновь сконцентрировалась на рыцаре голова. Ей это удалось с трудом – глаза её вдруг разбежались в стороны, и стало совершенно непонятно, куда она глядит.
– Кладенец? – рыцарь ещё раз взглянул на свой меч и с отвращением отбросил его в сторону. – Это сказка…
– Ск-ик!-казка? – глаза драконьей головы сошлись на рыцаре. – Хи-хи-хи! – хихикнула она. – Да вон-ик! он… – и она повернулась в сторону сталагмита.
Рыцарь посмотрел на камень с блестящими потёками, но ничего не увидел.
– Нет там ничего…
– А ты… – начала, было, голова но, прерывисто вздохнув, улеглась поверх лежащей и закрыла глаза. Тело огромным мешком осело наземь. Послышалось мерное сопение.
– Эй!!! – рыцарь изо всех сил пнул заснувшую голову железным сапогом.
– А? – приоткрыла один глаз голова.
– Где меч?! – проорал рыцарь.
– Ааааа… Там эта… – голова почмокала и снова закрыла глаз.
– Не спи!! – снова пнул голову рыцарь. – Где меч?!
– Нуууу… – снова приоткрыл глаз дракон, – надо глаза помазать… – глаз закрылся и дракон захрапел в четыре ноздри.
– Глаза помазать? – задумчиво повторил рыцарь и, вновь придя в ярость, стал пинать дракона. – Какие глаза?! Чем намазать?! Какого чёрта?! Отвечай, мерзкая тварь!!
Однако дракон продолжал спокойно храпеть, не замечая беснующегося человека.
Наконец рыцарь, чуть успокоившись или, вернее, выдохшись, остановился и стал размышлять вслух:
– Он сказал намазать глаза… Зачем? Хмм… И чем намазать? – он оглянулся вокруг, и взгляд его остановился на сползающей с камня жидкости. – Может, этим? – он шагнул к сталагмиту и макнул палец в густой сироп. – Хмм… Липкий… как патока, – поднёс палец к голове, поднял забрало и понюхал. – Занятно… Цветами пахнет… – он хотел уж, было, провести пальцем по веку, но сообразил, что в латной рукавице делать этого не стоит, и снял перчатку.
Зачерпнув щепоть сиропа, он потёр его между пальцами и ещё раз понюхал.
– Рискнуть, что ли?.. – задумчиво пробормотал он и через мгновение решительно провёл липкими пальцами по глазам.
Ничего не произошло. Рыцарь немного подождал, взглянул на спящего дракона и ярость опять всколыхнулась внутри.
– Тварь! – он подскочил к дракону и ударил кованным сапогом точнёхонько в глаз. Что, как и раньше, никакого отклика не вызвало.
– Вздумал меня за нос… – рыцарь запнулся. Голова его пошла кругом, в глазах потемнело и мир исчез.

– Как думаешь, скоро он очухается?
– Не знаю… Ты, помниться, провалялся полтора дня.
– Так он-то уж третьи сутки…
– Ну, Никитушка! Ты его с собой-то не ровняй… Порода-то не наша, чай. Из немецких земель, по всему видать, припёрся. А оне-то там слабеньки, говорят. Да и росточку в ём… Даже до Алёшеньки не дотянет. Мелкота… Эй! Ты чего? Погодел бы малость. Не денется никуда, сам же знаешь. Дождёмся, покуда очнётся, вот тогда и отметить можно будет. А знакомиться-то лучше на тверёзую…
– Да, ну, тя, Святогор! Тебе-то хорошо, у тя башка не трещит никогда… А ежели он ещё неделю валяться будет?..
Разговор был совершенно непонятным, но последняя фраза почему-то показалась относящейся к нему, и рыцарь спросил, открывая глаза:
– Кто будет валяться?.. – слова давались с трудом, и выговорилось это совсем тихо.
Сверху с двух сторон на него смотрели две драконьих головы.
– Ну, здрав будь! – усмехнулась одна. – С прибытием! Поднимайся!
– Очнулся… – качнулась вторая. – Не торопи, пущай пообвыкнет-то…
Рыцарь поднял голову и оглянулся. Вокруг ничего не изменилось. Та же пещера, тот же камень в потеках густой патоки. Нет, кое-что было иначе. Внутри камня, под слоем густого сиропа, переливался радужными сполохами чудо-меч.
– Так это и есть меч-кладенец? – спросил рыцарь.
– Он самый, как есть, он… – ответила голова справа.
– Ага, сокровище наше… – качнулась голова слева.
Рыцарь встал и протянул руку к радужному мечу.
Неожиданно пещера покачнулась, и что-то тяжёлое рухнуло наземь. В боку кольнуло, а лопатка заныла, будто вывернутая.
– Эй! Не дёргайся! – завопила одна голова. – Ты ж меня придавил!
– Лапы отдай! – строго потребовала вторая голова. – И не шевелись, покуда ходить не научишься! Ни ногой, ни рукой! Головой только вертеть можешь, понял? Головой!

04 – 11.04.2009
---------------------------------------

Chunya : Браво!!! Браво!!! Браво!!! отлично

Лотадан : Душещипательная история! Ха! Хи-хи

Smoky : Ха! Хи-хи Отличная вещица ! Наконец-то, наш Дракон проснулся ! Урааааа !

Dalahan : Браво!!!

Тень : да, юморная компиляция, ничего не скажешь. смысловая галлюцинация просто)))))))) Браво!!!
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Пн Апр 13, 2009 2:21 am), всего редактировалось 3 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Вт Апр 21, 2009 6:13 am    Заголовок: Ответить с цитатой

Танец огня.

– БешАнка! БешАнка, проснись! Да проснись же, наконец!.. – прыгала вокруг меня БикУша. – Там такое нашли! Нипочём не догадаешься...
Я медленно открыла глаза и с недоумением посмотрела на приплясывающую от нетерпения Бикушу.
– И что же такого необыкновенного нашли, что даже выспаться, как следует, не дадут, а? Сегодня же Солнцеворот и праздник, а мне там выступать...
– Там... Там... Ой! Что это с тобой?!..
– А что со мной? Да что ты сегодня такая странная, Бикуша?
– Это я странная?! Да ты на себя-то погляди! Что у тебя на голове делается? Ты что, уже и во сне в магии упражняешься?
– Почему ты решила, что я упражняюсь... А что у меня на голове?
– Что, что! Огонь горит, вот что! Пойди к роднику да посмотрись. А заодно и на след заурОха посмотришь, его на рассвете ЗЕха нашёл. Ну, ты же знаешь Зеху – увидел след и в крик сразу: «Заурохи! Заурохи пришли!! Теперь нам конец пришёл! Всех съедят, никого не оставят!..»

Поднявшись со своей ночной постели и посмотрев на смятые за ночь, увядшие и сморщенные теперь листья душистого прЯночника, я решила применить к этой куче листьев новое заклинание. Отодвинувшись на шаг, я указала на свою постель кончиком хвоста и проговорила заклинание. Это заклинание придумалось три дня назад, но как следует освоила я его только вчера и очень радовалась каждому случаю, дававшему возможность показать свои успехи. Особенно мне нравилось дополнение к заклинанию – этот как раз указующий жест хвоста, мне он казался изящным и таким... слегка небрежным, что, ясное дело, придавало ему особый шик. От постели – кучки смятых и почти высохших листьев, ярко вспыхнувшей – осталась маленькая горка лёгкого пепла на живой, хотя и примятой траве. На самом-то деле, особый шик этого заклинания заключался в том, что костёр горел, не повреждая живой травы. Но указующий жест хвостом... Нет, это было здорово придумано!

– Ух, ты! Вот это здорово! – восхищенно глядя на рассыпающуюся горку пепла, воскликнула Бикуша. – И почему у меня рога не золотые?.. Я бы тоже так могла... наверное... Как ты думаешь, могла бы?
– Думаю, да. Так что ты говоришь, с моей головой стало?
– М-м? А, у тебя огонь горит...
– Огонь? – я провела руками по голове, ощупала рожки, почесала за ушами, но ничего не обнаружила. – А я ничего не чувствую... Наверное, действительно к воде сходить придется. Заодно и умоюсь. Пойдёшь со мной?
– Пошли! Всё равно до вечера делать нечего... Кстати, и на след зауроха погляжу ещё разок...

– Значит, говоришь, заурох? – спросила я, пересекая полянку, на краю которой вчера под кустом пряночника устроилась на ночёвку. – А почему ты думаешь, что это заурох? Может, это что-то другое? Ведь заурохов здесь не встречали давным-давно, – с этими словами я, подражая истинным лесным жителям, бесшумно скользнула в густые заросли колючего кустарника. Я знала, что Бикуша не играла в детстве в лесных жителей, предпочитая скАчки через камушки, но решила, что ей полезно поцепляться за кусты – уж больно она была иногда хвастлива.

– Ай! И как тебе удаётся проскальзывать через эти кусты, не цепляясь за колючки? Ой-ёй! Бешаночка, подожди! Я хвостом зацепилась... Я сейчас... Ой! Ну, почему ты выбрала такую колючую дорогу?!.. Уффф! Ну, наконец!.. Кажется, пролезла... Эй! Бешанка, нам не туда! След вон где, у водопада. – Бикуша показала на виднеющуюся сквозь деревья скальную гряду.
– Но там же нет смотрильной воды! Как же я у водопада смогу на себя посмотреть? – заметила я, не сбавляя хода. – Если хочешь, иди туда сама, а я потом подойду.
– А ты будешь умываться, да? Тогда я с тобой! Ненавижу холодной водой умываться! – и Бикуша бросилась вслед за мной. – Хорошо вам, золоторогим – раз, и костер зажёг, раз, и воду нагрел...

... почему-то такое ощущение, что я холодной водой сегодня буду умываться... интересно, отчего бы это?..

– Я тебе уже много раз говорила, что это только кажется, что всё так просто – раз, и готово! А на самом деле... Ну, вот, например, с той же водой – чтобы подогреть маленькую лужицу, сил приходится потратить... как будто на Весёлую Горку с разбега забраться...
– Скажешь тоже, на Весёлую Горку... А если это так трудно, чего же ты воду греешь по утрам?
– Потому что я тоже ненавижу холодной водой умываться, вот почему!

В этот момент нашим глазам открылся широкий ручей с многочисленными заводями и заливчиками со спокойной, зеркальной поверхностью. Дно этих лужиц было черным от принесённого ручьём ила. Потому вода здесь называлась смотрильной. Подойдя к воде, я наклонилась над тёмным зеркалом и замерла, разглядывая отражение.
... ничего себе!.. интересно, что бы это могло быть?.. это не огонь, его я бы сразу почувствовала... а выглядит, как... даже не знаю, что... но красиво... переливается... надо же, прямо как радуга, только шевелится...

То, что я увидела, не укладывалось... ни во что не укладывалось. Мало того, что такого ни у кого из бесов не было, я даже не слышала о чём-либо подобном. Между моими тонкими золотыми рожками не очень ярко, но вполне заметно, светилась маленькая радуга. Правда, в отличие от небесной, эта маленькая моя радуга была, словно живая – постоянно меняясь местами, цвета создавали переливчатую ленточку, колеблющуюся между рожками, чуть-чуть касаясь их. Я провела рукой между рогами. Пальцы свободно прошли сквозь эту ленту. Ни свечение, ни цвета ленты при этом никак не изменились.

– Бешаночка! А ты обещала воду подогреть...
– Что?.. А! Да, сейчас...– я опустилась на колени и очертила пальцами линию вокруг лужицы, в которую только что смотрелась. Расположив ладони над поверхностью, я закрыла глаза и привычно сосредоточилась на внутреннем огне. Направив его через руки, я коснулась им воды. – Ну, вот, готово! Можешь умываться, – я отодвинулась от воды, освобождая место Бикуше.
– Ой, Бешаночка, спасибо! Так здорово умыться тёплой водой... – Бикуша начала с явным удовольствием плескать воду себе на лицо. Промыв глаза, она начала мыть уши и рожки.

– Ну, вот и всё! – произнесла, фыркая и дёргая ушами, Бикуша.
– Бикуш, отойди, пожалуйста, дай мне тоже умыться... Ну, вот, всю воду взбаламутила! Придётся теперь холодной умываться...
... вот тебе и предчувствие...
– А ты ещё согрей!
– Я же тебе только что объяснила, что это не так легко... Ну, до чего же я холодную воду...
...ненавижу!...бррр!!!.. скорее надо... глаза теперь... уши... встряхнуться... на ушах, кажется, ещё осталась... стряхнём... ну, теперь можно и на след посмотреть... и почему мне кажется, что это вовсе не зауроха след?..

– Ну, что, пойдём смотреть след этот ваш необыкновенный?
– А давай поскачем наперегонки?
– По какой дороге?
– Да по какой хочешь! Я тебя везде обгоню. Ты, может, и здорово в огненных заклинаниях разбираешься, но бегаешь ты медленнее!
– Это я медленнее?!.. – возмущению моему не было предела. – Да ты вспомни, только позавчера я тебя обогнала!
... и ещё сколько раз до этого!.. ну, хвастушка!..
– Тогда ты меня нечестно обогнала! Я в волосяном кусте запуталась! Поэтому не считается!
– Нет, считается! Считается!!!
– А вот и нет! Вот, поскачем до водопада, и я тебя обязательно обгоню!..


К скале мы прибежали рог-в-рог. Конечно, я поддалась немножко, чтоб Бикушу не обижать – подруга всё-таки...
Странный, похожий на отпечаток крупного цветка след не произвёл на меня впечатления, хоть он и был в несколько раз больше моего.
– Бикуш! По-моему, это просто камень упал... – заметила я, разглядывая отпечаток. – Если б это был заурох, то он от самой воды бы наследил, а здесь – ты погляди, погляди! – несколько шагов ила, и ни одной отметинки. Ерунда это всё... А Зеха – выдумщик всем известный... Может, он сам след этот и поставил...
– Точно! – подпрыгнула Бикуша, мигом теряя интерес к следу. – А ты сегодня в начале выступаешь или в конце?

Вопрос подруги напомнил мне, что было бы неплохо перед выступлением немножко потренироваться. Сегодня, в день Солнцеворота, будут, как всегда, праздничные выступления у священного костра. Для кого-то это будет очередное весёлое представление. А для меня это ещё один экзамен. И если всё получится, то предпоследний.

– В конце, Бикуш, – я прикинула, по какой дороге быстрее добраться до своей потаённой тренировочной поляны. – Я сегодня держу экзамен на Владыку Огня.
– Бесогон тоже...
– Ага. Ладно, я пойду, мне ещё потренироваться надо.
– Ну, вот, – грустно опустила уши Бикуша, – а что мне до вечера делать?.. Бесогон, верно, занимается... Эх, и почему у меня рога не золотые?.. – Бикуша присела на камушек и стала задумчиво выводить на мягком иле какие-то узоры.

***

Бикуша протиснулась к заметному издали даже в толпе Бесогону. Его можно было принять за альбиноса – настолько девственно-белой была его шерсть, но ярко-синие глаза и золотые рожки с копытцами говорили об обратном.
– Привет, Бикуш! – он ласково фыркнул ей в плечо. – За кого болеешь?
– Ну, зачем ты спрашиваешь? – Бикуша всем телом прильнула к Бесогону. – За тебя, конечно! Хотя Бешанка и подруга, и всё такое, но... Ты же знаешь, что дороже тебя у меня никого нет... – она взглянула в синие глаза и спросила, – что показывать будешь?
Бесогонон гордо подбоченился, вздёрнул голову кверху, хлестанул себя по груди хвостом и важно сказал:
– Увидишь... – но тут же рассмеялся, обнял Бикушу и фыркнул в ухо, – а то сюрприза не получится!

К костру вышел старейшина и, стукнув посохом в землю, объявил:
– Праздник Солнцеворота начинается!
– Вначале самые маленькие, – шепнул Бесогон. – Сегодня их всего двое – брат и сестра. Они всегда неразлучны. Очень талантливые малыши! У них рожки только перед прошлым праздником появились, и почти сразу – Демоны... Такое редко бывает...

Два бесёнка, робко озираясь, вышли к костру. Публика поддержала их весёлыми криками и топаньем копыт. Малыши, держась за руки, поглядели друг на друга, и вдруг у них на рожках – а чуть погодя и на кончиках хвостов – зажглись маленькие огоньки. Огоньки стали чуть больше, оторвались от оснований и, слившись в один крупный огненный шар, поднялись над их головами. Шар, вначале кроваво-красный, стал оранжевым, затем ярко-жёлтым и, наконец, бело-голубым, после чего вдруг рассыпался крупными искрами, которые, не долетев до земли, погасли. Бесенята, весело подпрыгнув, умчались куда-то в толпу, присоединившись к зрителям.

– Я в своё время только травинки сухие зажечь мог... – заметил Бесогон. – А сейчас будет танец подростков... Эти обучались огненной магии от одного до трёх лет. Для них площадку древесной трухой посыпают, видишь?
На площадь у костра вышло около дюжины подростков-бесов. Они стали вокруг костра и начали, дружно подпрыгивая, кружиться. Через несколько секунд под копытами у них затлели маленькие искры. Постепенно искры становились всё ярче и вскоре начали взлетать в воздух. Закончилось выступление, когда все танцоры неожиданно замерли, окутанные выше головы сверкающими фонтанами разноцветного пламени.

– А! – поглядел на импровизированную сцену Бесогон, – вот и Полноправные Демоны...
Выступление Полноправных Демонов началось с небольшого пожара – загорелся один из выступавших. Его погасили настолько быстро, что это почти не отразилось на общем ритме выступления – сказывалась большая практика подобных случаев.
– Все мы горели, да не один раз – магия-то огненная, всё-таки... – философски заметил на это Бесогон.

Все бесы, окружающие костёр, с огромным удовольствием смотрели на выступление Полноправных Демонов. Они затеяли что-то вроде игры в бадминтон, где в роли ракеток были короткие, в локоть, палки, а воланами служили... комки огня, по-другому, пожалуй, и не скажешь. Два десятка бесов увлечённо перекидывались огненными шарами на протяжении нескольких минут. Эти шары, в два кулака размером, постоянно и все одновременно меняли цвет от ярко-жёлтого, почти белого, до густо-фиолетового и обратно, проходя через все цвета радуги.
– Ну, вот, Полноправные заканчивают... – отметил Бесогон, глядя, как все огненные шары одновременно влетели в пламя центрального костра, и тот вспыхнул столбом ярко-зелёного пламени высотой метров десять. – Теперь самое интересное начинается. Мастера выходят... Всё, мне пора... – Бесогон вскочил и белой молнией метнулся к самому костру.

Завертевшись на одном копыте, Бесогон превратился в размытый белый кокон, который вдруг обратился в колонну пламени. Через несколько секунд эта пламенная завеса разошлась, и из неё, пятясь, вышел Бесогон. Сделав какое-то движение руками, он заставил огненное полотнище сначала развернуться в стену огня, а затем вновь свернуться в разноцветный цилиндр, окруживший на этот раз костёр. Закончилось действие тем, что эта кольцевая стена огня упала наземь, превратившись в огненный круг. Огненное кольцо втянулось в костёр, из центра которого тут же вырос огромный огненный цветок. Цветок покачался немного, переливаясь радужными сполохами, оторвался от земли и, поднявшись высоко над поляной, рассыпался разноцветными искрами, растаявшими на фоне темнеющего неба.

Бесогон подскакал, улыбаясь, ко мне, а к костру вышла Бешанка. Постояв пару секунд перед огнём, она вдруг вошла в костёр, полностью скрывшись в языках жаркого пламени. Зрители дружно ахнули и замерли. Время шло, и напряжение в рядах бесов нарастало.
Прошло не меньше полуминуты, когда под дружный рёв зрителей из костра в разные стороны вышло... пять Бешанок! Все пять сверкали огненными языками, из которых были сотканы, но лишь у одной из них была радужная корона.

– Их же пять! Ну, Бешанка... – уважительно-восхищённо проговорил Бесогон. – Ты погляди только!!! Которая же из них...
– Корона, – подсказала я.
– Верно, – отозвался он, приглядевшись повнимательнее. – Корона у одной только...

В это время пять огненных Бешанок закружились в бешеном танце вокруг костра, и пыль, поднимаемая копытами, пылала огненными облаками у их ног.
Выступление Бешанки заканчивалось. Она или, вернее, они впятером, постепенно замедляя ритм танца, плавно втанцевали в костёр. Через несколько секунд после того, как они исчезли в языках пламени, вверх взлетел огненный шар, превратившийся в воздухе в Бешанку. Сделав двойное сальто, она приземлилась и замерла на мгновение, раскинув руки, будто показывая, что с нею всё в порядке.
Радостно подпрыгнув пару раз, она стремительно подбежала к нам и спросила:
– Ну, как тебе моя магия, Бикуш? Понравилось?
– Это было бесподобно! Ну, ты и выдумщица!
Бесогон сокрушённо покачал головой:
– Да, не видать мне в этом году Владыку Огня...

2000-2003 + 17-19.03.2009.
-------------------------------------------------------------------------

Chunya : Улыбочка очень-очень....

Dalahan : Красивая, легкая сказка. Браво!!! Рай полудетской фантазии. Браво!!! Данная Сказка подразумевает наличие цикла подобных сказок. В совокупности цикла красота отдельной сказки усилилась бы. Браво!!!

Smoky : Yahoo!!! Ну, вот, наконец-то, мы ее и увидели ! Намекает на... А каковы результата ? Она победила, Дракон, на конкурсе ?!?!

Дракон Рассвета : Нууу... Ковыряет пальчиком в ладошке когда я посчитал результаты голосования, я снял эту вещицу с конкурса - чтобы уступить место Ковыряет пальчиком в ладошке Намекает на...
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Вс Июн 14, 2009 4:05 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Сб Июн 13, 2009 2:34 am    Заголовок: Ответить с цитатой

Каждому – своё.

Они стояли кругОм неряшливо открытой банки, ощерившейся рваными жестяными зубами, и смотрели на то, что лежало внутри.
– Почему? – спросил Большая Почемучина не потому, что действительно хотел узнать – знал он очень много, ведь всю жизнь он спрашивал и запоминал, спрашивал и запоминал – а просто по привычке. – Почему он?
– Потому! – отрезал Сердитый Потомук. – Сам виноват. Надо было вылезать вовремя.
– А он что, больше никогда шевелиться не будет? – робко влезла в разговор взрослых юркая Чточка.
– Нет, – грустно отозвалась кокетливая Неталка, – Никогда.
– Да, уж, – как всегда, согласилась с подругой обычно жизнерадостная Дарля, – Не видать нам больше весёлых колечек и прочих выкрутасов.
– Потому что надо было вылезать вовремя, – повторил Сердитый Потомук.
– А что с ним стало? – поинтересовалась Чточка и сунула любопытную мордашку в банку.
– Утонул. Умер, – печально качнув головой, ответил многознающий Большой Почемучина. – Ладно, поплыли отсюда, больше ничего не подадут. Этот был последним. Или кто-то желает поживиться мертвячиной?
Все в ужасе прянули в стороны и поплыли прочь.

– Мертвячина, мертвячина… – пробормотал Длинный Ус, доставая из банки острой клешнёй большого дождевого червя. – Подумаешь… Привереды. А по мне – так в самый раз…

13.06.2009
---------------------------------------------------------------------------

Тень : Катается от смеха Каждому, каждому))

Smoky : Катается от смеха Ужасы какие ! Что это Вас пробило, Дракон ? на рыбалку ходили ?!

Дракон Рассвета: Да, нет! Просто фраза одна привязалась, и вертелась, зараза, вертелась... Ну, вот таким образом и избавился Катается от смеха

Strannik : Браво!!! Отличный рассказ Катается от смеха
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Вс Июн 28, 2009 10:44 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Вс Июн 14, 2009 4:02 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Старые знакомые.
Горыныч.


– Бабуууля! Бабуль, ты где? – здоровый, двухсажённого росту, златокудрый парень стоял в паре шагов от входа в горницу и озирался по сторонам. – Бабуль! Я же знаю, что ты здесь. Клюка на месте, значит и ты тут. Ну, бабуль! Что за прятки? У меня срочное дело, между прочим… Бабуль, ну перестань…
Из-за узкой, изукрашенной изразцами, печки в горницу вышла статная, всего на полголовы ниже парня, дева в ярко-синем сарафане. Толстенная русая коса сбегала по левому плечу и заканчивалась на уровне колена. На лбу девы, чуть выше густых соболиных бровей, красовался посвёркивающий гранями тёмно-зелёный камень, вправленный в тонкий витой серебряный обруч. Облик молодицы являл редкое сочетание грации и огромной скрытой силы, ощущение которой витало вокруг неё, словно аромат трав, развешенных пучками по стенам комнаты. Живые серо-голубые глаза смотрели на гостя чуть насмешливо, но и с заметной материнской любовью.
– ВолОсик, внучек! – голос девицы был под стать внешности – сильный и с глубокими бархатистыми обертонами. – Сколь же тебя учить можно видеть невидимое, а? – она шутливо ткнула пальчиком в лоб парня.
– Бабуль, – укоризненно ответил парень, – я же почувствовал, что ты тут? Почувствовал…
– А чего ж тогда глазами по сторонам зыркал? Эх, Волосик, Волосик… Тебе б только за девками бегать, да пО лесу слоняться, зверьё моё гонять. Когда только за ум возьмёшься?..
Дева сокрушённо покачала головой и, скользнув на несколько шагов, уселась на вальящатую[1] лавку подле окошка.
– Садись-ка рядком… – она хлопнула ладонью по скамье, и парень присел рядышком. – Ну, сказывай, что за надобность скоропалительная случилась?
Волос потупился и смущённо проговорил:
– Понимаешь, у нас с отцом спор вышел… Он новую кощуну[2] сочиняет…
– Эка новость! – усмехнулась дева. – Можно подумать, он чем-то ещё может заниматься. Кощун – он и есть кощун. О чём поспорили-то?
– Баба Васёна! Он же написал, – гневно сверкнул синими глазами Волос, – что я девок выщечиваю[3] …
– А что, не так, что ли? – рассмеялась теперь уже в голос молодица.
– И ты туда же! – Волос горестно махнул рукой. – Никого я не выщечиваю! Сами они со мной идут! Сами!
– Скажи, милый, – вкрадчиво проговорила Василиса, ласково приподнимая голову внука за подбородок и заглядывая ему в глаза, – А что за прозвище тебе новое люд придумал?
– Горыныч, а что?
– А почему?
– Нууу… – протянул Волос, – За то, что детинец каменный отстроил, в каменных палатах живу…
– А что, так плохо в деревянном тереме жилось?
– Конечно плохо! – возмущённо воскликнул парень. – Повадились, понимаешь воевать меня. Раз спалили, другой… Ну, вот я и…
– А что это они повадились-то? Вдруг.
– Откуда мне знать, бабуль?!
– Эх… – укоризненно покачала головой Василиса. – ДЕвушник[4] ты был, девушник остался… И когда ты только вЫяроваешь[5]?... Вот, скажи, зачем люду показал, что летать умеешь? – и, не дав даже вздохнуть, сама ответила. – Чтоб девок приваживать. А у них промежду прочим, парни есть. А иные и вовсе просватаны. Ужель сам-то не понимаешь, что их парней да женихов супротив себя строишь? И ладно, простых бы девок сманивал, так ведь нет! Тебе непременно княжон надо… Вот они воевать тебя и ходят. И правильно ходят. Уймись!
– Бабуль…
– Что – бабуль? Доиграешься… Верно говорю – всё забудут, а это помнить будут. Прозовут тебя каким-нибудь Змеем летучим, да так и запомнят. Никто не вспомнит ни того, что охотиться на зверя разного научил, ни того, что пахоту да сев показал, соху, а потом и плуг с бороною. Даже то, как сокровища земные отыскивать научил, позабудут. Да что сокровища… Не вспомнят, что Рось от Поля оттынил[6], набеги перевёл. А то, что девок уводил – будут помнить. Тем паче, что хоботы мои унаследовал… – дева шевельнув подолом, высунула два чешуйчатых хвоста. – Верно говорю – будет тебе имя Змей летучий о двух хоботах. Да ещё приврут, что в берлоге своей девок да детей жрал…
Василиса грустно покачала головой, вздохнула, и тихо добавила:
– Хорошего не помнят… Особенно от других… Вон, гляди, как отца-то твоего прозвали? Был Баян, а стал… Это ж надо додуматься! Кощей Бессмертный… Кощуна в скелета обратили. А сами его кощуны уж который век перепевают… – дева замолчала, задумчиво перебирая пальцами косу.
– А я привык уже, – мотнул головой парень, будто отмахиваясь от грустных мыслей, – что беспамятные оне. Ну и пусть говорят. Зато живут лучше.
– Лучше… – покачала головой Василиса. – Уж куда лучше? Ты научил рала[7] ковать, а у них всё больше мечи да кистени получаются. Уж ты поостерегись, милый. Не ровён час, найдётся батыр, что во славу да для рати с Великим Злом оборет тебя. Мы-то, хоть и долго живём, а не бессмертны… Спокон известно, что на всяку силу сила найдётся…

==================
[1]ВальЯщатый – резной, точёный, красиво и прочно сделанный.
[2]КощУна – миф.
[3]ВЫщечить – выманить, добыть обманом, плутовски.
[4]ДЕвушник – волокита, девичий хвост.
[5]ВЫяровать – перейти пору течки, особенно о самце.
[6]Тын – деревянный сплошной забор, заплот, городьба, частокол или рубка. Тынить – городить тын, забор, огораживать.
[7]Рало – плуг, соха; лемех, сошник.

10-14.06.2009
------------------------------------------------------------------------

Тень : Верю, всему верю)

Smoky : Ага ! Вот как, оказывается, все было... Я в шоке Намекает на...
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Пн Июн 15, 2009 6:24 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Вт Июл 21, 2009 1:39 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Голод.

Дракон бывает голоден.
Бывает, что голодовка длится долго.
Голод не отступает со временем. Он не угасает, как дракон может надеяться поначалу, а лишь уходит куда-то вглубь, не проявляясь столь явно, как раньше, но зато жжёт гораздо сильнее, терзая не только тело, но и мысли. Всплывающие образы нежной плоти вызывают прилив слюны, дыхание перехватывает, а тело готово свернуться в судороге. Воспоминания мешаются с мечтами, образы накладываются на образы, и голодная тоска мутит разум.

Чтобы утолить голод, надо кого-то поглотить. Растворить в себе.
Однако кидаться сразу на первого попавшегося нельзя. Можно запросто нарваться на нечто весьма привлекательное по виду, но совершенно несъедобное.
И ещё мудрому дракону опыт подсказывает, что поглощение может насытить лишь тогда, когда тщательно подготовлено.
Главное – не ошибиться в выборе. Потому что потом может сделаться несварение. А это чревато не только испорченным настроением, но и потерей времени. Того времени, которое чем дальше, тем сильнее распаляет внутреннее жжение.

Как известно, существует несколько способов охоты.
Самый распространенный – погоня. Пользуются им, в основном, молодые. Они как по жизни скачут вприпрыжку, так и в охоте – цапнут там, куснут здесь, рванут тут – вроде и сыт. Этот способ при вдумчивом подходе даёт возможность накопить навыки настоящего охотника. Однако истиной сытости таким образом не достичь. Опять же, схватить на бегу что ни попадя, и через малое время, почувствовав изжогу, изрыгнуть обратно, да потом ещё мучиться дурным привкусом в пасти неизвестно сколько – далеко не лучший способ утоления голода.

Другой способ, распространённый преимущественно в среде зрелых драконов, можно условно назвать сопровождением. Намеченная жертва при этом способе сопровождается на безопасном с её – жертвы – точки зрения расстоянии. Привыкая к маячащему невдалеке, но совершенно неагрессивному хищнику, добыча теряет бдительность, что позволяет постепенно приближаться к ней всё ближе и ближе. В конце концов доходит иной раз до того, что беспечная жертва сама лезет в пасть в буквальном смысле слова.
Этот способ, несомненно, хорош тем, что позволяет оценить добычу с разных точек зрения, что значительно снижает вероятность нарваться на несъедобное.

Существует и третий способ. Засада. Он требует изрядного терпения и самообладания.
Вначале выбирается жертва. Этот момент очень важен, ибо ошибка на этом этапе грозит потерей времени, затраченного на весь процесс. Добычу надо не только найти, но и узнать получше – выяснить если и не все, то хотя бы основные привычки. Пути миграции, места гнездования и кормёжки. Всё это проделывается издали – так, чтобы выбранная жертва ни о чём не подозревала. Если добыча вкусна, стОит посидеть год-другой в засаде. Чем сильнее жжётся голод, тем вкуснее кажется добыча.
И однажды дракон возникает на пути жертвы. Неожиданно. Но простого появления не достаточно. Необходимо оглушить жертву. Шокировать. Удар должен быть быстрым и мощным – настолько мощным, насколько это вообще возможно. Переборщить здесь нельзя, а вот если удар окажется слабым, жертва может ускользнуть. Чтобы этого не допустить, надо вложить в удар всё, что имеется и, воспользовавшись шоковым состоянием, поглотить.

Да, всё это время голод терзает. Но зато после долгой и тщательной подготовки – при верных действиях – наступает продолжительное время заслуженной расслабленности и жизни в сытости и довольстве.
Кстати, довольство сие можно значительно усилить, если при поглощении добычи самому стать поглощаемым и раствориться в своей жертве.

19-20.07.2009
-----------------------------------------------------------------------

Тень : Это предупреждение? Катается от смеха Я надеюсь, такие вещи пишутся на сытый желудок Ковыряет пальчиком в ладошке Катается от смеха

Dalahan : Браво!!!

Smoky : Ага... годик-другой... в засаде... Вредина Госпожа Chunya, Вам это ничего не напоминает ?! По-моему, очень даже подробное описание к действию ! Всех драконов... Честные глазки

Chunya : да, да и еще раз да!!!!!! Катается от смеха и хорошо если годик, ибо терпение драконье безгранично.... а упорство иной раз достойно лучшего применения...

Дракон Рассвета : Не бывает (да и просто не может быть!) лучшего применения для драконьего терпения, нежели поглощение в конце концов какой-нибудь соблазнительной вкусняшки, да. Намекает на...

Chunya : это совершенно точно... главное чтобы вкусняшка не оказалась в итоге просто охотником на драконов Намекает на...

Дракон Рассвета : Охотник нужен для того, чтоб им плеваться. А вот, охотница... Честные глазки Почему-то мне кажется, что я об этом где-то уже рассказывал... Ковыряет пальчиком в ладошке
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Пн Сен 14, 2009 10:47 pm), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Пт Ноя 06, 2009 6:30 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Они

Они незаменимы.
Они тихи и незаметны.
Они сопровождают нас всю жизнь: мы встречаемся с ними, будучи ещё беззубыми и благословляем их в беззубые последние дни.
Они – одно из величайших изобретений человечества.
Они – страшное оружие и благочестие причащения.
Они – свидетельство культуры, без которого мы подобны животным.
Они самоотверженно кидаются в кипяток, а мы остаёмся невредимы.
Они насыщают нас и дают смак гурману и ублажение обжоре.
Они дарят жизнь, цедя лекарство, и отнимают её, отмеривая яд.

Ложки.

06.11.2009
-------------------------------------------------------------------------

Smoky : Мудро ! Браво!!!

Тень : Указания древних
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Сб Ноя 07, 2009 12:11 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Пн Ноя 30, 2009 2:46 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Ключ

Шёл дождь. Почему-то он был не холодный, хотя и стояла середина ноября. Хотя, почему он должен быть холодным? Может, это потому что сравнивалось с Москвой? Ещё живы были в памяти вчерашние высушенные лёгким морозцем лужи, застеклённые мутно-кристаллическим панцирем.
Здесь, в Питере, дождь был даже приятен. Тёплый такой ноябрьский дождик. Иные дождинки залетали под очки и прилипали к глазам, но это вовсе не раздражало. Главное, чтобы на стекло объектива не капало – такую прелесть просто необходимо было запечатлеть. Потом можно будет кому-нибудь показать.

Вокруг была тёмная позапрошловековая красота. Некоторые дома были подсвечены и сияли яркими пятнами на фоне тёмного неба и ещё более тёмной мостовой. Но особенно красивы были те дома, которые виделись в отражённом свете. Они, словно миражи, выступали из тёмной тени то вычурным балконом с кариатидами, то портиком с колоннами, то загадочно подмигивали вдруг всблёскивающими стёклами окон.
В них была тёмная неясность, тайна, будившая воображение.
Из-под балконов и карнизов начали выглядывать драконы, единороги и прочие существа реального мира. Капли дождя обрисовывали почти прозрачные ночью силуэты то ли сильфов, то ли фей, тут и там отлетавших от стены и сразу же возвращавшихся в чёрную тень.
Изогнутые отражения в лобовых стёклах – любимый ракурс фотографирования архитектуры – пропали, скатавшись в тысячи огоньков-капель. Оставалось наслаждаться окружением, оставляя в памяти ощущения игры теней со светом.
Волшебство заполняло город вместе с дождём и темнотой. Реальный мир сливался со сказочным, отделяясь лишь тонкой паутиной капель и движущихся теней. Как всегда в подобные моменты, отчаянно-остро захотелось оказаться по ту сторону, вернуться в реальность. И, как всегда в такой момент, казалось что грань – вот она, надо только шагнуть сквозь почти невидимую пелену. Шаг, один только шаг разделяет миры…

Шаг, ещё шаг… Всё тот же переулок, те же дома и тот же тёплый ноябрьский дождик. Россыпь сверкающих капель на лобовом стекле.
«Чёрт возьми! Я же чувствую, что он здесь, рядом. Я могу протянуть руку – и она будет там… Но я опять не могу пройти. Дьявол раздери! Да что же это, в самом деле?.. Шаг, всего один только шаг…»
«Шаг, всего один только шаг…»
«Для чего ещё нужно изучать магию, если не для путешествий? Не для магических же войн, в самом деле… Это впору разве что мальчишке, бредящим карой всех врагов – действительных и воображаемых. Впрочем, у меня и девчонки знакомые такие есть. Глупость неимоверная… Слава Высшим Силам, у нормальных врагов не бывает».
«Врагов не бывает»…
Лужа с отражённым посередине памятником неожиданно стала выпуклой и превратилась в огромный глаз со зрачком-щелью. Порыв ветерка шевельнул лужу, и глаз моргнул. Огромный золотой глаз дракона. Дождик насыпал на него блестящей волшебной пыли, и глаз снова обратился в лужу.
«Надо же, даже дракон…»
«Дракон…»


Только слабым духом нужно что-то доказывать, завоёвывать, обманывать. Наверное, неуверенность в себе заставляет их воевать с миром.
Сильному духом никакая война не нужна. Ему не надо никому ничего доказывать. Ему не надо бороться за место. Он и так находится в гармонии со всем окружением и занимает достойное место. Достойное свободного существа. Существа, свободного любить, а не ненавидеть. Радоваться, а не бояться.
Такое существо называется умиротворённым, ибо творит мир вокруг себя. Свой мир. Мир радости и любви, мир тепла и доброты, мир света и счастья.

У меня был свой мир. У меня нет врагов, и мне было хорошо. Почти хорошо. Беда была в том, что я никак не мог добраться до этого своего мира.
«Я сотворил мир, я – демиург, но какая ирония! Демиург, а попасть в свой мир не может…»
«Может…»
«Какое, однако, странное эхо…»
«Эхо…»
«Эхо, повторяющее не слова, а мысли…» – я специально сделал мысленную паузу, глядя, как мягкое дуновение качнуло дождевую пыль и из черноты подбалконья выпорхнула парочка прозрачных созданий, – «Эхо, повторяющее отнюдь не все мысли…»
«Не мысли…»
«О, так ты и не эхо вовсе!» – обратился я к невидимому собеседнику.
«Не эхо», – согласился невидимка.
«Кто же ты?» – любопытство вспыхнуло во мне, но не помешало заметить, что призрачные летуны не вернулись, как обычно, в тень а, опустившись, замерли в воздухе, трепеща прозрачными крылышками, в трёх шагах от меня.
«Это вы?» – обратился я к ним.
«Хех, нет!» – усмехнулся невидимка. – «Это не они. Они вообще говорить не могут». И тут же уточнил: «Здесь не могут.»
«Здесь? А где могут?»
«Фррр! На родине, разумеется», – то ли фыркнул, то ли рыкнул невидимка, – «в твоём мире».
«Где?!» – я аж задохнулся.
«Да-да», – подтвердил мысленный голос, – «именно там, ты не ослышался».
Во мне что-то задрожало и я, непроизвольно затаив дыхание, спросил: «И ты знаешь, как туда попасть?»
«Конечно», – в неслышном голосе отчетливо чувствовалась ухмылка, почти смех. – «Ничуть не хуже, чем ты…»
«Да кто же ты, чёрт возьми?!»
«Подними руки…» – прошептал невидимка, и я невольно поднял руки, отбросившие на асфальт длинные, растворяющиеся под дальним фонарём, тени, – «Видишь?»
«Что?» – не понял я.
«Таааак…» – почти разочарованно протянул невидимка, чуть помолчал и предложил: «Помаши…»
«Что?»
«Руками помаши, говорю».
Взмахнув несколько раз руками, я поинтересовался: «И что теперь?»
«Нет, не так! До чего же ты бываешь бестолковым… Медленнее, совсем медленно…»
«Ты что, издеваешься?»
«Нет, что ты!» – всполошился невидимка. – «И в мыслях не было! Знаешь… Это так просто, что я даже не знаю, как объяснить…»
«Что объяснить?»
«Когда ты наступаешь на песок, что остаётся?»
«След», – автоматически ответил я.
«Верно. Но ведь след – это совсем не тело, верно?»
«Конечно», – согласился я, пытаясь понять, чего он от меня хочет.
«А теперь погляди на свою тень. Что это такое?»
Я уставился на свою тень, отыскивая подвох. Тень как тень… И при чём тут след на песке?... След?... След! Точно! Тень на асфальте – это всего лишь след. А сама тень…
«Прошу, поверь и взмахни руками… Медленно…»
Из ниоткуда появился легкий туман и поплыл по улице, скрывая в сизой дымке дальние дома и светясь золотыми шарами вокруг фонарей. Я глубоко вздохнул и медленно поднял руки. След тени на асфальте стал почти невидим, зато…
Я опустил руки и поднял их снова. Нет, я не ошибся в первый раз. Ещё взмах. Да, они были. Едва заметные, почти прозрачные, они были так огромны, что упирались в дома по обеим сторонам переулка.
«А теперь шагни…» – тихо подсказал голос.
Я сделал шаг и обмер. Но едва я остановился, видение пропало. Я шагнул ещё раз – и снова увидел.
Я медленно пошёл вперёд, и передо мной струилось, мягко извиваясь...


Неожиданно нахлынуло ощущение, что я шагнул из ярко освещённой комнаты в тёмную и замер на пороге против зеркала. Две ноги, две руки – всё, как обычно. В этом силуэте было что-то неуловимо знакомое, даже родное, хотя отсюда тело и выглядело странным – совсем плоским и почти чёрным в окружении светящегося ореола.
Я шевельнулся, и тёмный силуэт шевельнулся тоже.
Повернул голову – силуэт тоже.
Поднял… Когда силуэт поднял руку, я с удивлением посмотрел через плечо. Пришлось довольно сильно вывернуть голову, но это получилось на удивление легко – шея позволяла, казалось, вертеть головой, как сове – почти на полный оборот. Удивительным было не это. Удивительным было то, что из плеча далеко вбок простиралось… крыло.
– Удивлён? – прошелестел тот же бестелесный голос.
Я не нашёл, что ответить, и промолчал, продолжая разглядывать странную метаморфозу, произошедшую с моим телом.
– Закрой глаза – потребовал невидимка, и я вновь подчинился. – Ну, вот и всё… Можешь открывать… – прозвучал тот же голос, но будто из далёкого далека, едва слышно.


Я открыл глаза и тут же зажмурился. Это определённо был не ночной дождливый Петербург.
Медленно приоткрыв глаза вновь, я задохнулся от восторга. Вокруг всё сияло и блистало яркими всполохами цвета и света. Мгновением позже накатил шквал звуков, и я непроизвольно закрыл уши руками. Удар челюстью о землю, громкое клацанье зубов и трава перед глазами…
На голубом венчике одуванчика стояла маленькая феечка и, улыбаясь, приветливо махала мне крохотной ручкой. Я моргнул, и феечка, затрепетав полупрозрачными крылышками, перелетела ко мне на нос.
– Сегодня ты изрядно неуклюж, – весело смеясь, прозвенела она серебряным голоском.
– Да, уж… – просопел я сквозь зубы и поднял голову.
Взглянул вниз и уставился на пару когтистых чешуйчатых лап. Шевельнул пальцами и увидел, как когти вспороли землю, оставив глубокие борозды.
– Я всё-таки попал сюда… – почти про себя пробормотал я, оглядываясь.
– Конечно! – тут же отозвалась феечка, – Ты каждое утро сюда приходишь…
– Каждое… – странная мысль поразила меня, и я переспросил:
– Ты хочешь сказать, что я здесь уже давно?
– Какой-то ты странный сегодня… – феечка покачала головой и, сделав несколько танцующих шажков, внимательно заглянула мне в глаз – Ты себя хорошо чувствуешь?
Я помотал головой, пытаясь утрясти мысли о произошедшем.
– Эй! – воскликнула феечка, вспорхнув, – Предупреждать же надо!
– Прости… Я ещё не привык…
– Нет, сегодня с тобой точно что-то не в порядке… – озабоченно прозвенела феечка, снова опускаясь на мой нос, – Ты какой-то…
– Какой?
Феечка на мгновение задумалась, и выпалила:
– Не в себе!
Я хмыкнул, вспомнил себя, стоящего среди ноябрьского дождика, и заметил:
– Ты даже не представляешь, насколько ты права! Кстати, а как тебя зовут?
– Издеваешься? – сердито топнула ножкой феечка, взглянула в мои удивлённо распахнутые глаза и буквально взвилась от ярости. – И ты ещё смеешь делать вид, что не понимаешь?!!!
Почти неслышный трепет крыльев перешёл в низкое гудение, и на месте феечки оказался огромный шершень. Спикировав на мою ноздрю, шершень вонзил жало. Острая боль скрутила меня, мир кувыркнулся, в глазах потемнело…


Я стоял в тёмном питерском переулке.
«Ну, как, понравилось?» – спросила меня змеящаяся в клочьях тумана тень.
«Почему?!!!» – воскликнул я почти вслух.
«Почему что? Почему оказался там, куда давно стремился? Или почему вернулся?»
«Почему вернулся, конечно!»
«Это просто», – усмехнулась тень, – «Тебя ужалила Перцея. Когда она сердится, всегда превращается в кого-нибудь с жалом или зубами. Обычно – ядовитыми.»
«И что?»
«Она ужалила – ты перекинулся. Вот и всё».
«Что значит, перекинулся? Помер, что ли?»
«Нет, что ты! Как ты можешь умереть в своём мире? Это невозможно»… – тень чуть помолчала и добавила: «Я так думаю»…
Я поднёс пальцы к глазам и несколько раз сжал и разжал кулак. Всё было как обычно. Вроде бы.
«А я могу снова попасть туда?»
«Запросто».
«И что для этого надо сделать?»
«То же, что и в первый раз – увидеть себя таким, каков ты есть на самом деле…»
«И всё?»
«И всё».
Я посмотрел перед собой, чуть покачался, чтобы тенистый дракон ожил, и… сообразил, что вернусь к рассерженной шершенихе.
«Слушай, а кто такая эта… Как ты сказал – Церцея?..»
«Перцея. Не путай, она очень обидчива».
«Я заметил…»
«Да, так вот, Перцея, значит. Она – одна из твоих трёх ближайших помощников. Неужели ты забыл? Когда ты только начинал творить мир, ты понял, что одному это не под силу, и создал помощников. Перцею, Вишеса и Эфирото. Вспомнил?»
«Нет», – помотал головой я, – «Совершенно не помню».
«Это неважно. Вспомнишь, когда там немного поживёшь».
«А если я сейчас туда вернусь, я окажусь в том же месте и в то же время?»
«Откуда и когда перекинулся? Нет, не совсем. Место будет то же самое, ведь ты здесь не сделал ни шагу, а вот время… Время будет другое. Оно по-разному течёт там и здесь. Пока мы тут болтали, там почти целый день прошёл».
«Понятно. Значит, увидеть себя…» – пробормотал я и качнулся, всматриваясь в свою тень.
«Ага…» – глухо донеслось издалека.


Закат был потрясающий, я таких никогда не видел. Небо превратилось в огромную радугу. Вокруг исчезающего за горизонтом солнца разливалось оранжевое сияние, которое по мере отдаления от краешка огненного шара переходило в красный, затем через насыщенный жёлтый в зелёный, потом в ярко-синий и темнело на противоположной стороне горизонта фиолетовыми тонами.
Я отвернулся от солнца и, встав на задние лапы, огляделся. У подножия холма, на вершине которого я стоял, тихо шептал, катая разноцветную гальку, прибой моря. Прямо напротив меня оно было густо-изумрудным, под солнцем пурпурным, а по другую сторону фиолетово-чёрным. На полпути до горизонта из зелёного моря поднималась высоченная гора, ледяная вершина которой блистала кроваво-красными бликами, отражая заходящее солнце.
Воздух был пропитан морем, благоуханием каких-то цветов, мелодичным, похожим на цикад, стрёкотом и негромким переливчатым свистом.
– Любуешься? – вдруг раздался шипящий шёпот из густой травы, и оттуда вынырнула плоская треугольная голова, покрытая коротким белым блестящим мехом. Огромные выпуклые, светящиеся зелёным светом, глаза внимательно глядели на меня.
Опустившись на все четыре, я присмотрелся и понял, что зелёное свечение было не отблеском закатного неба. Они и вправду светились.
– Да, – коротко ответил я, решив на этот раз быть осторожнее со словами.
– Отсюда красиво… – качнулась голова. – Может, слетаем на гору? Скоро летучки прыгать начнут… А потом русалки будут хороводить. У них сегодня праздник.
– Почему бы и нет?
– Отлично! – кивнула голова и молниеносно ринулась ко мне.
Я даже вздохнуть не успел, как существо, больше всего похожее на куницу, взметнулось по моей лапе и устроилось на загривке, вцепившись в мою шкуру острыми коготками.
– Ну, летим! – воскликнуло оно.
Решив не задавать вопросов, я распахнул крылья и взлетел. Несмотря на совершенное отсутствие навыков полёта, у меня всё получилось довольно гладко. Видимо, тело само знало, что надо делать, чему я несказанно порадовался и стал просто наслаждаться полётом. Заложил пологий вираж, облетая стартовый холм, и посмотрел на него сверху. Внизу по траве побежала расплывчатая тень, неожиданно похожая на…

Мелкий дождик висел в воздухе питерского ночного переулка, собираясь светящимися бисеринами на стеклах автомобилей, заснувших у поребрика до утра. Полупрозрачный туман светился жёлтыми шарами вокруг фонарей. За спиной процокали каблучки и затихли в глубине какого-то двора. Где-то за поворотом шумели шинами автомобили. Сказочный мир настойчиво лез в глаза и уши, стараясь вытеснить реальный.
Но настоящий мир не сдавался и выглядывал из тёмных арок, из теней под широкими карнизами и балконами, вспыхивал бликами в лужах и окнах.
Где-то хлопнула дверь, и из-за кариатиды под балконом выпорхнуло нечто прозрачно-летучее. Я улыбнулся и помахал ему рукой. В ответ оно весело кувыркнулось и тоже помахало маленькой ручкой. Небольшая лужица под ногами хитро подмигнула мне драконьим глазом и снова превратилась в обычную лужу.
Света для моего цифровика было мало, и я, вздохнув, убрал его в карман. Тем более что настоящий мир всё равно не желал фотографироваться.

14.11.2009
------------------------------------------------------------------------

Smoky : Хи-хи-хи... Ох, уж эти феечки... такие обидчивые... Честные глазки И непременно превращаются во что-то кусучее. Наверное, такова особенность всех эфемерных сохданий. Ох... тяжело с ними, с эфемерными... А когда они еще и помощники -- ууу... пиши пропало. Чуть что -- сразу в нос кусать ! Намекает на...
Интересный случай из Вашей жизни, Дракон. У меня только один вопросик назрел: Вас так регулярно кусают ?! То есть Вы регулярно что-то не помните (а точнее, ничего), при этом приходя в тот мир каждый день ?! Я в шоке


Дракон Рассвета : Конечно. А что, разве Вы помните? Я в шоке

Smoky : Нет, я там не была Намекает на... А там, где была... как бы... вроде бы... еще что-то... помню. Наверное. Честные глазки

Тень : Катается от смеха

Дракон Рассвета : Воооот. Видите? "Как бы", "вроде бы", "наверное"... Так оно и получается - "здесь помню, а здесь - нет" (с) Намекает на... Ха! Хи-хи
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Чт Дек 16, 2010 1:19 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Миниатюра написана на конкурс с темой "Спой мне ещё".
--------------------------------------------------------------------------

Чуита

– …мы отнимаем тебя сим приговором, как нераскаявшегося еретика, от нашего духовного суда и…

***

– Здравствуй, птичка! – девочка уселась на перевёрнутое деревянное ведро и внимательно вгляделась в розовый куст, – Ты так громко поёшь! А как тебя зовут?
– Инма…
– А почему у тебя песенка такая грустная?
– Я ищу друга и никак не могу найти…
– А хочешь, я буду твоим другом? Я никому не скажу, что ты здесь живёшь и тебя никто не поймает, – девочка с серьёзным видом кивнула, подтверждая свои слова.
– Меня нельзя поймать…
– Ну и что? Я всё равно не скажу! Я буду приходить сюда, а ты мне будешь петь.
– Хочешь, я и тебя научу петь?
– Меня? – удивилась девочка, – Мама говорит, я бездарная и мне осёл на ухо наступил…
– Это неправда! Если ты меня видишь, значит, у тебя есть великий дар, который даётся немногим…
– Так ты, правда, меня научишь? Ой, как здорово!...
– Чуита, иди ужинать! – мать девочки выглянула из окна, – С кем это ты разговариваешь?
– Ни с кем! – ответила Чуита, встала и тихо попросила, – Ты только не улетай, я быстро…
– Не беспокойся, я дождусь, обязательно дождусь.

***

…судья имеет право допросить ее под пытками. Если при этом допросе выявились улики ее колдовского искусства в виде упорного умалчивания правды или в виде отсутствия слез, или в виде нечувствительности при пытке… Не отрекающиеся передаются светскому суду и сжигаются…

***

– Здравствуй, птичка! – девочка, поставив подойник наземь, вгляделась в торчащие в куче навоза вилы, – А как тебя зовут?
– Чуита…
--------------------------

Инма (уменьш. от Инмакулада => от исп. inmaculada – "непорочная". Имя от словосочетания Inmaculada Concepción (праздник Непорочного Зачатия Девы Марии))
Чуита (уменьш. от Хесуса=>Женская форма от Jesus, от др.-евр. имени (Иешуа – "Иегова спасет" или "Иегова есть спасение")

18.11.2010
---------------------------------------------------------------------------

Тень : Браво!!! Интересно, что навеяло? Ковыряет пальчиком в ладошке

Дракон Рассвета : Да, чёрт его знает... Чешет маковку в раздумьях Миниатюра написана на конкурс с темой "Спой мне ещё".

Dalahan : Так. Лично у меня уже крыша едет неспеша ... По-моему, тут уже пора новое пари заключать: "Кто из героев спит, кто бодрствует, и, вообще, кто есть кто?" Сбит с толку Улыбочка

Strannik : "Кто из героев спит" -- Что есть реальность, и как распознать её? (с) один очень известный негр Намекает на...

Ellery : "Кто из героев спит" -- Да какая, нафиг, разница? (с)

Тень : Разница большая, если все герои бодрствуют, то придется признать , что читатель спит (с) Катается от смеха

Dalahan : "Что есть реальность..." -- Про негра не знаю - это очередная загадка для меняСбит с толку Улыбочка А что до "как распознать...", то я как раз намеревался выступить по этому вопросу. Если только мне будет предоставлена трибуна и обеспечен графин с положеным к нему стаканом Катается от смеха
"Да какая, нафиг, разница" -- Это философский вопрос: "Какая ... разница?" Ковыряет пальчиком в ладошке Для начала надо-ть определиться с понятиями и диагнозом учавствующих в дискуссии фигурантов.( Ха! Хи-хи )


Тень : Стакан только по окончании первого настоящего выступления. Графин - после окончания прений! Катается от смехаСамо коварство

Smoky : Вещица оставляет странное ощущение... неуравновешенное...

Chunya : неоднозначно как-то, как-то заставило поразмышлять, но браво Браво!!!

Дракон Рассвета : Я рад. Ибо основная цель сей миниатюрки достигнута, кажется. Ковыряет пальчиком в ладошке
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Пт Дек 17, 2010 10:10 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Из того же конкурса.

Ирей

– Ирей? Ты имеешь в виду тот рай с молочными реками? Не смеши меня…
– Рай? Ну, может, кому-то он и показался когда-то раем… Но на самом деле, он не так уж и сильно отличается от того, что здесь… Молочные реки… Ну, есть там одна… Не совсем молоко, но…
– Ты точно псих! Ты что, вправду веришь, что этот рай существует?
– Верю? Нет, я не верю. Я просто знаю.
– Псих, точно, псих… У тебя на этих сказках совсем крыша съехала… Ты, случаем, с этим, как его там?... А! Сауроном – вот! Не встречался?
– Да нет там никакого Саурона, это ж выдумка! Там только Кощей Бессмертный… Древний Змей, сотворивший мир, и превращённый потом в раба… Извечная борьба молодых Богов и старых… Хотя, говорят, рано или поздно Змей-Хаос опять поглотит всё Упорядоченное…
– Ну, всё, я пошёл! Не желаю больше слушать этот бред.
– Погоди! Не хочешь слушать – не слушай. Но посмотреть-то ты можешь?
– На что? На очередную картинку? Знаешь, я видел много художников, которые рисуют гораздо лучше тебя. Ты не обижайся, но художник ты никакой. Сказки у тебя получаются, это да, а рисовать…
– Я знаю. И никогда, кстати, себя художником не считал… Нет, это не рисунок. Вот, смотри… – я подошёл к стене и потянул занавеску, висящую между двумя книжными шкафами.
– И что это?
– Портал… Мне удалось, наконец…

***
– Пой, пой мне ещё, не останавливайся… – бормотал мой знакомец, подходя всё ближе к Сирину.
Я помахал рукой и Сирин кивнул мне, не прекращая песни. Шагнув назад, я оказался в своей квартире.
Как всякому раю, Ирею требовались души.

21.01.2009-18.11.2010
---------------------------------------------------------------------------

Smoky : Нет, ну, вы подумайте -- какой злодей ! Вы, Дракон ! Это же Вы "спонсируете" Ирея ! Вредина Но эта вещица мне понравилась больше, хоть Вы и хулиган ! Браво!!!

Дракон Рассвета : Объединила? Куда объединила? С кем объединила? Зачем объединила? Я в шоке Есть ещё один, но тот - просто вырезка-подгонка из старой вещи, здесь, кстати, уже лежащей. Не думаю, что он интересен.

Dalahan : Да, если честно, то эта миниатюра мне тоже понравилась больше, чем первая. Браво!!! В первой у меня просто вообще ничего не склеилось. Ковыряет пальчиком в ладошке
Здесь же есть идейная целостность, пробуждающая мысли.


Дракон Рассвета : Я в шоке Там же всё совершенно примитивно-линейно (в верхнем слое): инквизиция - Инма-птичка - [Инма-птичка->Чуита -] инквизиция - Чуита-птичка...

Лотадан : Значит Саурон-выдумка, а Кощей-настоящий? Ха! Хи-хи Мне тоже понравилась эта вещица, особенно конец.

Strannik : "Значит Саурон-выдумка, а Кощей-настоящий?" -- А это смотря в каком хронопотоке Намекает на...

Дракон Рассвета : "Значит Саурон-выдумка, а Кощей-настоящий?" -- Разумеется. Ведь Саурон - выдумка авторская, а сведения о Кощее донесла до нас устная традиция из доисторических времён. Конечно, можно и Асклепия и даже Добрыню в выдумки записать. Но тогда и Сталин выдумка - Вы ж его не видели никогда живьём. А что до фото- и киноматериалов - так это всё заговор и подделка. В точности, как про Велесову книгу говорят "авторитеты" от истории.

Dalahan : "инквизиция - Инма-птичка..." -- Вот. Теперь склеялось. Ковыряет пальчиком в ладошке Классно! Браво!!!

Тень : А мне Чуита больше понравилась Ковыряет пальчиком в ладошке Хотя и Ирей, ничего так, самобытненько Катается от смеха
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Пт Янв 28, 2011 2:16 am    Заголовок: Ответить с цитатой

Результат очередного конкурса Ковыряет пальчиком в ладошке Тема - "Снег на лапах". Кстати, поздравляю мою любимую дракону со вторым местом! Браво!!!
-------------------------------------------------------------------------

Как сказать

Снег шёл по лесу.
Вчерашний почти дневной переход по каменной реке – огромного поля валунов, заполнившего ущелье между двумя хребтами – истерзал лапы, каждая косточка которых теперь ныла, а прочная шкура саднила от мелких царапин. Ночевать пришлось тоже на камнях, что совсем не принесло желанного отдыха телу и не улучшило самочувствия.
Только поздним утром Снег выбрался из силков каменной россыпи и теперь ломился сквозь снеговые заносы в лесу.
Он шёл из последних сил, едва заставляя себя делать каждый следующий шаг. Силы покидали его гораздо быстрее, чем хотелось – глубокий, почти по брюхо, снег заставлял высоко задирать ободранные лапы, что выматывало едва ли не сильнее, чем подъём в крутую гору.

Снег остановился чуть передохнуть.
Вспомнилось детство, когда он в восторге носился с друзьями по такому же глубокому снегу, лишь чуть приминая его. Даже небольшой наст прекрасно выдерживал маленькое тело – не то, что теперь, когда лапа сразу проваливалась почти до земли. Вспомнились и целые лабиринты глубоких нор, которые они тогда рыли в сугробах. Да, весёлое было время. Весёлое и беззаботное.
Снег шумно вздохнул и вновь начал борьбу с пушистым врагом.
Да, теперь это был враг, а не весёлая игрушка. Летом он легко бы достиг цели за полдня, теперь же второй день начал клониться к закату, как он был в пути, а идти предстояло ещё порядочно. Впрочем, никто и не говорил, что это будет легко. Наоборот, считалось, что это невозможно. Вернее, некоторые так считали.
«Эх, подняться бы сейчас на крыло…» – подумал Снег, проводив взглядом стайку мелких пичуг, перелетающих с одного куста калины на другой. – «Лётом тут всего ничего».

Лес закончился неожиданно. Только что он продирался между пушистых ёлок, и вот стоит на высоком берегу широкой реки, которую надо было пересечь. Склоняющееся за полдень солнце вызолачивало противоположный берег. Отсюда можно было даже разглядеть его цель – маленькую чёрную точку пещеры почти на самой вершине горы, обращённой к реке почти отвесным обрывом.
То там, то тут у другого берега колыхались рваные клочья тумана, показывая места, где тёплые ключи размыли ледяной панцирь. Крутой ровно-снежный безлесный склон напомнил Снегу, как однажды он подглядел катание выдр на глинистом склоне реки. Они забирались на верх, ложились на спину и съезжали к самой воде.
«Почему бы и нет?» – подумал Снег и, улёгшись на спину, стал извиваться по-змеиному, чтобы стронуться с места. Немного усилий и он стал сползать, постепенно набирая скорость.
Смотреть на несущийся навстречу мир верх ногами было весело и чуть-чуть страшновато. А проглотивший его целиком сугроб, в который он с размаху влетел, вызвал у Снега почти радостное фырканье, покуда он выбирался из снежного плена.
Небольшое это развлечение не только немного сократило трудный путь, но и добавило, казалось, чуток сил.

На реке снега почти не было. Участки открытого зеркально отполированного ветром льда, перемежающиеся узкими гривами снеговых наносов, занимали всё видимое пространство до противоположного берега. Пару раз грохнувшись, Снег понял, как надо передвигаться по льду. Со стороны это, наверное, выглядело комично, зато широко растопыренные полусогнутые лапы позволяли идти, хоть и мелкими шажками, а не падать всё время.
Снег не пересёк ещё и четверти ширины реки, а уже почувствовал дрожь в постоянно напряжённых лапах. Оказалось, такой способ передвижения был не менее труден, чем борьба с глубоким снегом.
«Не одно – так другое…» – сокрушённо подумал Снег. – «Ладно, большую часть пути я уже прошёл. Остались только река и гора».

Неожиданно раздался странный глухой треск. Снег опустил глаза и обнаружил несколько трещин расходящихся от лап. Осторожно, стараясь не нагружать какую-то одну из них, он скользнул вперёд, но лёд всё равно проломился, и Снег рухнул в тёмную холодную воду. От неожиданности он хлебнул, закашлялся, чихнул и… совсем захлебнулся.
Когда ему удалось-таки вынырнуть, в голове уже мутилось и он плохо соображал. Инстинктивно вцепившись когтями в край льда, он перестал трепыхаться и начал откашливаться. Едва отдышавшись, Снег принялся вылезать на лёд. Когда полтуловища было уже на воздухе, лёд снова проломился и Снег опять окунулся с головой.
При следующей попытке Снег загодя вздохнул и ему не пришлось отфыркиваясь, выплёвывать воду.
«Чёрт бы побрал эти родники!» – мысленно воскликнул он и зарычал в бессильной злобе.

До берега так и пришлось добираться в воде – наполовину вылезая и ломая лёд – он не выдерживал веса и всё время швырял упрямого путешественника в холодную глубину. Лишь под конец, когда задние лапы уже начали задевать за дно, ему удалось, наконец, вылезти из воды.
Снег немного полежал на утрамбованном ветром белом намёте, отдыхая. Однако времени долго разлёживаться не оставалось – солнце неумолимо клонилось к горизонту, а в темноте последнюю часть пути пройти действительно невозможно. Он собрался с силами, встал, оставив несколько алых пятен на снегу от ледяных порезов, и двинулся дальше.

Преодолев небольшой пологий склон берега реки, Снег подошёл к подножию горы. Эта сторона была почти отвесной – будто отрубленной какой-то немыслимой силой. Но именно по этому обрыву и надо было подняться. У самого подножья громоздились каменные глыбы, иные из которых были в три-четыре раза больше Снега.
Обледенелые бока камней предательски скользили и Снег несколько раз здорово навернулся прежде, чем добрался до самого крутояра.
Отыскав место, где было побольше трещин, Снег, цепляясь за них когтями, начал медленный подъём.
Поднявшись на высоту пяти-шести своих ростов, он получил от судьбы очередной «подарок». Чуть выступающая из стены глыба, за которую ухватился Снег, вдруг подалась под его весом и, выворотившись, сбросила обе его лапы. Пара мгновений полёта – и удар о камни внизу вышиб из него дух.

«Хорошо, хоть, не головой…» – подумал Снег, придя в себя.
Проверил, всё ли цело.
«Только бок распорол… Но крови немного,» – заключил он, ещё раз проверил подвижность всех членов и, вздохнув, снова полез на стену.
Когда Снег перевалился через край неширокого уступа перед входом в пещеру, от солнца осталась лишь узкая красно-золотая полоска. И, хотя она и утонула в мареве далёкого горизонта, пока Снег переводил дыхание и вставал на лапы, это было уже неважно. Он успел.

Ещё недавно антрацитово-чёрная чешуя (за что, собственно, Снег и получил своё прозвище) стала матово-серой, стёршись о снег, лёд и камни. Почти все когти были обломаны и не цокали привычно по камням пола.
Его качало, будто пьяного, тело колотила крупная дрожь, лапы тряслись и готовы были подломиться в любой момент. И всё же он вошёл. Не переломал лапы в каменной реке, не увяз в снегу, не утонул в реке и взобрался по отвесному склону. Вошёл, а не вполз или влетел. Он победил.

– Глядите, Снег! На лапах! Ну, ты даёшь… Ладно, ладно, выиграл. Признаю, что «добрался» в той зарисовочке правильнее сказать, чем «долетел»…

11.01.2011
-------------------------------------------------------------------------

Ellery : Браво!

Smoky : "Как сказать" -- ну, и злодеи его друзья !!! Просто садюги !!! Вредина так и хочется им всем... пятачки начистить основательно ! Ожидается мама Кузеньки Теперь о простом. Не могла не исправить, можете кусаться, но все равно (не могла не сообщить особо вредному Автору)
1. «Не переломал лапы в каменной реке, не увяз в снегу, не утонул в реке и ...» -- слишком много рек, некрасиво выглядит. Исправила на : «Не переломал лапы на каменной гряде, не увяз в снегу, не утонул в реке и...»
2. «И, хотя она и утонула в мареве далёкого горизонта, пока Снег переводил дыхание и вставал на лапы, это было уже неважно. » -- слишком много "и". Исправила на : «Она быстро утонула в мареве далекого горизонта, пока Снег переводил дыхание и вставал на лапы. Но это было уже неважно.»


Chunya : Браво!!!
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.


Последний раз редактировалось: Дракон Рассвета (Пт Янв 28, 2011 2:19 am), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Пт Янв 28, 2011 2:18 am    Заголовок: Ответить с цитатой

Сны

Как всегда вечером, он забрался под елку. Нижние широкие лапы её касались земли и образовывали вокруг ствола уютный сухой шалаш. Он любил спать. Наверное, даже не меньше, чем бодрствовать. Ему очень нравились сны. И здесь, на мягкой подстилке из старой хвои, спалось лучше всего. Он много мест перепробовал, но здесь было лучше. Разровняв слой иголок – так, чтобы ни одна не торчала и не кололась – он свернулся калачиком, прикрыв нос хвостом, и заснул.
Сны снились, как всегда, странные – о том, чего никогда не бывает.
Ему снилось, что всё вокруг покрыто сверкающим на солнце белым мягким пухом. Будто мириады одуванчиков сдуло ветром и их летучие семена покрыли весь мир. Только пух во сне был холодным и сверкал на солнце. Даже река спряталась под этим одеялом.
Ему снилось, что сам он летает студёным быстрым ветром и носит целые тучи этого чудного белого пуха, засыпая всё вокруг, наметая огромные кучи. А на лапы ёлки, под которой он спал, он насыпал так много пуха, что она превратилась в белый конус, с торчащими там и сям кончиками игольчатых веточек. Это было забавно.
Он любил свои сны. Там был совсем другой мир, хоть и похожий на привычный. Лес был похож. Только там деревья были словно бы совсем-совсем сухими, без единого листочка. Хотя ёлки и сосны были почему-то такими же, как наяву. И река была похожа – те же излучины, те же старицы и заливные луга. Только река там не текла, не золотилась под солнцем и не серебрилась под луной. И камыш, хоть и шуршал так же, но был не зелёным, а жёлтым и бурым. Там никогда не шёл дождь, и только белый пух мягко опускался на землю.
Но самое главное – там можно было делать то, что невозможно в обычной жизни, самое невероятное становилось реальным. Особенно нравилось ему, дыхнув на реку, покрыть её твёрдым прозрачным панцирем, по которому даже ходить можно было. Разве такое бывает, чтобы текучая река вдруг затвердела? Но получалось очень здорово.
А однажды он по привычке пролил на землю дождь. Получилось просто восхитительно! Покрытые твёрдой прозрачной оболочкой, ветви деревьев звенели на ветру, словно колокольцы и сверкали на солнце, как роса. Красота!
Ещё ему нравилось покрывать странно-безлистные ветви деревьев и кустов сверкающей колючей шубкой, отчего весь мир светлел и сверкал радужными переливами под лучами невообразимо холодного солнца. Как может солнце не греть? А вот в его снах оно было холодным. Ярким, белым и холодным.

*.*.*

– Дедуль, а расскажи про Дракона, а?
– Я же тебе рассказывал уже.
– Ну, дедууууль…
– Ладно, ладно! Что тебе рассказать?
– А Дракон большой?
– Конечно, внученька. Ну, ты сама подумай, каким надо быть громадным, чтобы тучи грозовые, к примеру, гонять. Или ветром сильным подуть.
– А как он лето делает?
– Да так и делает – теплом подует, солнышко разогреет – вот лето и приходит. И все знают, что лето делает Летний Дракон. Он и теплом приносит, и дождём поливает. И радугу в небе тоже он распускает. Без него лето не получится. Только заботится он о нас не всё время. Летний Дракон полгода летает, а полгода – спит. И когда он спит, он превращается в Зимнего Дракона.
– Дедуль, а почему он зовётся Зимний Дракон, ведь он же – Летний?
– Потому что зима. Зима – вот и Зимний. Как наступили холода, значит, прилетел Зимний Дракон.
– А Летний?
– Так Летний-то Дракон спит. Только Летний уснёт, тут же Зимний и прилетает. Как-то так получается, что он сразу и разный, и один и тот же… Вроде белки, верно – летом серенька, а зимой рыжая.
– Один и тот же? Почему же тогда у нас не всё время лето?
– Да потому что он спит! А лето – когда он летает. А так он спит, и ему сны снятся.
– А если он спит, то как же он летает-то? Зимой.
– А во сне и летает. И во сне Дракон думает, что можно всё – и злым быть, и кусать всех, и мороз напускать, и реку останавливать. Ему кажется, что если это сон, то и не взаправду совсем.
– А разве можно быть злым и кусаться?
– Ему кажется, что можно. Хотя на самом-то деле, конечно, нельзя. Но ведь он-то думает, что это всё снится. Вот он во сне и… хулиганит.
– Значит, Дракон только притворяется, что он добрый?
– Нет, он не притворяется.
– Дед! Ну что ты меня путаешь?!
– Да не путаю я тебя, милая… Ну, погляди сама: летом он добрый, верно? Тёплым ветром дует, дождиком землю поливает, чтобы росло всё.
– Летом – да, добрый. А зимой?
– А зимой он думает, что это понарошку. И снег, и мороз… Да, вообще, вся зима понарошку. А если понарошку, то всё можно, и никакого зла тут нет. Ведь он же Добрый Дракон, разве он мог бы допустить такое, будь это всё по-настоящему?
– А я всё-таки не понимаю – как это он может спать и в то же время летать?
– А этого, внученька, никто не понимает…

*.*.*

Просыпаться, как всегда, не хотелось. Жизнь в снах была прекрасна. А то, что там не надо было делать множество дел, которые он был вынужден делать наяву, лишь прибавляло снам привлекательности. Нельзя же было, например, не пролить дождь – ведь тогда и леса и поля засохнут. Он пробовал несколько раз, и никогда из этого ничего хорошего не выходило.
Проснувшись, он вылез из-под ёлки. Как всегда по утрам, хвоя была пыльной и почти серой.
« И чего она так быстро пылью покрывается?» – как обычно утром, удивился он, пытаясь стряхнуть с себя старую паутину, хвоинки и пыль. Пара хвоинок, примотавшихся паутиной к лапе, мешали шагать.
«Надо бы умыться» – подумал он и взвился в поднебесье. Нырнул в ближайшее облако, повертелся там и вынырнул в светлую голубизну, стряхивая с лап капли.
«Ну, а теперь и остальной мир надо умыть».
Крутанувшись вокруг солнышка, он набрался жару и подул тёплым ветерком. Затем он согнал разрозненные облачка в большую тучу и пролил дождик, умывая деревья и траву. Сделал ещё пару туч и столкнул их, сотворив грозу с колючими молниями и громыхучим громом. На землю хлынул тёплый ливень.
Трава тут же принялась расти и распускать цветы. Лес весело зазеленел свежими листочками, а птицы начали громко петь, радуясь новому тёплому дню.
С юга, из страны вечного дня, потянулись клинья гусей и журавлей. Он никогда не мог их понять – как можно жить только днём? Как можно не спать? Ведь ночные сны такие приятные…

13.01.2011
--------------------------------------------------------------------------

Smoky : Весьма занятная трактовка, почему приходит Зима. Вот теперь ясно, кого в этом винить. Вредина

Chunya : Браво!!!

Лотадан : Сны понравились больше
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Дракон Рассвета



Академик Природных Сил, Маг
Академик Природных Сил, Маг

Пол: Пол:Джентльмен
МысльДобавлено: Ср Мар 23, 2011 12:54 pm    Заголовок: Ответить с цитатой

Слеза феникса.

– Можем начинать хоть завтра.
– Опять ты за своё… Начинать что? Апокалипсис? Сколько существ пострадает при этом?
– И что ты предлагаешь?
– Ты знаешь.
– Перевод может быть неточным. Почти наверняка.
– Зато схемы вполне понятны. В этом манускрипте точно указано, что нужно для безопасного терроформирования.
– Сколько с тех пор прошло времени? Тысячи лет? Десятки тысяч? Мы даже приблизительно не знаем, за сколько до нас жили Древние и о чём думали… Почему ты думаешь, что речь там идёт о терраформировании? Почему безопасном?
– Там же всё нарисовано, ты сам видел.
– Ну, допустим. Но найти столько артефактов…
– Мы знаем, что искать. А кое-что даже где.
– Потребуются годы, десятки лет…
– Ты очень торопишься?
– Я? Нет. Но люди… они же везде расползаются, подобно плесени на фруктах…
– Люди – да. Тут я соглашусь. Это фактор существенный. Но, полагаю, пара сотен лет у нас пока имеется. Давай вначале попробуем так, а уж если не получится, попробуем по-твоему.
– Ты слишком оптимистичен. Горы их надолго не задержат. Думаю, времени осталось гораздо меньше. А найти надо пять артефактов, раскиданных по всему континенту.
– Но мы знаем, что искать, у нас есть даже изображения. Не говоря уж об ауре. Выберем самых чувствительных…
– Ладно, уговорил. Давай искать добровольцев.

*.*.*

Из Желтограда, известного всему Междугорью центру производства особо тонкой и звонкой керамики из жёлтой местной глины, в Малую Поляну – бывшую штаб-квартиру разбойников Восточного Леса, а теперь просто маленького тихого городишки – Та-Кери решил отправится, руководствуясь собранными в городе легендами.
Дорога между этими городами огибала Чёрные Болота и занимала обычно от семи до восьми дней пешком. Та-Кери решил идти напрямую, забрав немного к западу – через Старый лес. Пешком получилось бы не намного быстрее, но он знал особый способ передвижения.

На второй день пути, пересекая старый, превратившийся в пологие холмы, отрог Северного Кряжа, Та-Кери неожиданно почувствовал толчок, который спутать с чем-то было невозможно. Относительно недалеко находился какой-то мощный магический предмет или кто-то творил сильную магию. Поскольку второе в этой безлюдной местности было почти невероятным, подчиняясь интуиции, Та-Кери решил сделать крюк и попытаться найти то, что создавало такие сильные колебания в магическом пространстве.
Поднявшись на вершину очередного холма, он огляделся. Внутреннее зрение говорило, что искомое совсем близко. Оглядевшись, Та-Кери обнаружил отверстие, зияющее в склоне напротив. Ручей, протекавший между двух холмов, подмыл один берег и часть склона сползла вниз, открыв вход в пещеру.
Добраться до неё было делом нескольких минут и вскоре Та-Кери стоял под сводами коридора, уходящего вглубь горы. Сделав несколько осторожных шагов вперёд, привыкая к темноте, он пошёл дальше увереннее, включив своё зрение ночного хищника. Шагов через десять он попал в большое помещение, углы которого тонули в темноте. Света, проникающего снаружи, не хватало даже для ночного зрения и поэтому Та-Кери, порывшись в котомке, достал светящийся кристалл, заполнивший пространство вокруг бледно-голубым светом.
Чем эта пещера была в доисторические времена, понять было трудно. То ли лаборатория, то ли хранилище редкостей, то ли что-то ещё. Вся мебель была вырублена из камня – большой длинный стол или жертвенник и скамьи, стоящие рядами поперёк вытянутого помещения. На вырубленных в стенах полках стояли и лежали заросшие пылью непонятные предметы, в большинстве своём представляющие теперь просто кучки праха. Одна стена была полностью отдана под книги. По крайней мере, так подумал Та-Кери, подойдя к этому каменному шкафу. Почти всё, что здесь хранилось когда-то, рассыпалось пылью, оставив после себя только металлические клёпки, уголки и застёжки. И лишь пара фолиантов, страницы которых были сделаны из металла, остались стоять на одной из полок.
Та-Кери осторожно взял один из них и наугад раскрыл. На одной странице непонятные символы и рисунки на другой. То же самое сочетание он видел дома в книге, которую назвали Золотым Манускриптом за то, что страницы её были сделаны из тонких пластинок золота.
Перелистнув несколько страниц, он наткнулся на знакомое изображение. Это был тот камень, который он искал – Слеза феникса. Ошибиться было трудно – уж слишком необычной была форма гранёной капли с гладким шарообразным утолщением на узком конце. Но здесь этот камень был вставлен в некую конструкцию, напоминающую стержень, пронизывающий несколько других предметов. Из вершины всего устройства, из Слезы феникса, собственно, вырывался то ли столб огня, то ли луч света, то ли струя воды. Сняв с плеча котомку, Та-Кери уложил туда обе книги, благо они были небольшими, и стал осматривать помещение дальше.
Найдя проход почти напротив того, по которому но сюда попал, Та-Кери, перешёл в соседнюю комнату.
Это было больше всего похоже на тронный зал, ибо почти в центре стоял, поднятый над полом тремя ступенями трон, на котором сидел какой-то человек. Подойдя вплотную, Та-Кери понял, что ошибся. Во-первых, то, что сидело на троне, было живым очень-очень давно, а теперь это была высохшая до состояния скелета мумия. Во-вторых, при сохранении в целом человеческих очертаний, это существо имело огромный третий глаз, занимавший половину лба.
Та-Кери не боялся мёртвых и поднялся по ступеням, чтобы получше рассмотреть это создание. Однако едва нога его коснулась верхней ступени, скелет-мумия накренился и упал прямо на любопытного исследователя. В ладонь его руки, рефлекторно поднявшейся в защитном жесте, упало нечто твёрдое и Та-Кери инстинктивно ухватился за этот продолговатый предмет. Облако поднявшейся пыли заставило его расчихаться, а когда пыль осела и судорожные чихания прекратились, Та-Кери сообразил, что держит в руке кость. С отвращением отбросив её, он с удивлением услышал металлический звон вместо хруста ломающейся кости. Быстро спрыгнув с помоста, он отыскал то, что только что отшвырнул. Это был кинжал. Обоюдоострый кинжал вполне привычной формы. Подобрав эту находку и не найдя в пещере больше ничего интересного, Та-Кери вышел наружу.
Кинжал был весьма занятным. Цельнометаллический, включая рукоять, он был покрыт такими же символами, что были на страницах древних книг. Лезвие длиной в три ладони отделял от рукояти небольшой овальный гард. Металл был совершенно незнакомый – серый, чуть светлее свинца, с золотистым отливом и легче стали. Попробовав лезвие на прутике, Та-Кери убедился, что прошедшие столетия (или тысячелетия?) ничуть не притупили клинок – прут в палец толщиной разрезался так легко, будто был из сырой глины. Такой остротой отличались только знаменитые, редкие теперь, булатные клинки гномьей работы.
Сообразив, что эту вещицу трудно будет удержать в котомке, Та-Кери быстро смастерил ножны из бересты и привязал их к бедру. Покончив с этим делом он, вполне довольный необычными находками, отправился дальше.


Разбитая весной дорога засохла колдобинами от тележных колёс и лап скотины. Такое бывает только когда дорогой пользуются редко. Рядом с раздолбанной колеёй тянулась относительно ровная тропа, идти по которой было гораздо легче. На эту дорогу путник наткнулся, когда внутреннее чувство подсказало, что до кромки леса осталось совсем немного. Дорога вынырнула из леса и в глаза прянул яркий полдень середины лета. Вильнув между невысокими холмами, дорога убегала в направлении серых соломенных крыш, виднеющихся в низине. Не успело солнце заметно сдвинуться на небе, как деревенька показалась целиком. Мимо деревни проходила широкая, выровненная многими ногами и колёсами полоса тракта, видимо, значительного, если судить по его ширине. Правда, сейчас на нём не было видно ни души.
Деревенька была совсем небольшая – с десяток домов на единственной улице, расположенной поперёк тракта. Почти неуловимый внутренний позыв направлял его именно сюда, к этой деревне – теперь это стало совершенно ясно. На окраине деревни, на обочине тракта, стоял большой двухэтажный дом – судя по чуть покачивающейся вывеске – таверна или трактир. Чуть не полкрыши таверны занимал домик-клетка орников*, судя по размерам, на полдюжины, не меньше, что свидетельствовало о достатке хозяев.
Когда до деревни оставалось с пару сотен шагов, корявая дорога, по которой шёл путник, влилась в тракт, широкий настолько, что две повозки могли разъехаться с большим запасом. Это объясняло наличие в такой маленькой деревушке таверны – посетителей в ней наверняка хватало. По крайней мере, когда тракт был полон прохожими и проезжими. Сейчас же на всём лежала ощутимая аура заброшенности – ни шума, ни толчеи, ни народу. Даже деревня стояла какая-то притихшая, будто вымершая, хотя над парой крыш курился дымок.
Путник подошёл к высоким распахнутым настежь воротам таверны и задержался у столба, изучая написанное углем на широкой доске, прибитой к столбу ворот, нехитрое меню из полудюжины блюд. Написанное никто не подправлял уже много дней и буквы были наполовину слизаны дождём и, скорее всего, не одним. Некоторые слова приходилось больше угадывать, чем читать. Затем взгляд его переместился к центру доски – поверх меню был приколочен кусок бересты с выцарапанным на нём объявлением. Текст поразил путника настолько, что брови его недоумённо взлетели вверх, затем он фыркнул, покачал головой, воскликнул «Надо же!» и рассмеялся в голос.
Объявление гласило: «Требуется дракон. Срочно»

Пройдя под жестяной вывеской, изображавшей то ли рыбу с головой и передними лапами льва, то ли льва с рыбьим хвостом, путник поднялся по двум ступеням крыльца и вошёл внутрь.
В большом зале, куда он попал, царил полумрак и после яркого солнца сразу разглядеть помещение было трудно. Справа от входа располагался большой очаг, способный вместить целого барана, напротив входа была невысокая стойка, а по левую руку стояли столы со скамьями. С первого взгляда никого живого в помещении не наблюдалось.
– Эгей! Есть кто живой?! – крикнул путник в пространство.
В глубине дома что-то грохнуло, скрипнула дверь и в зал вошла миловидная темноволосая молодая женщина, в простом, без вышивок, тёмном – то ли синем, то ли зелёном – сарафане, подпоясанном грязно белым передником из грубой домотканой материи.
Путник быстро стрельнул привыкшим уже к полумраку взглядом по залу и утвердился в первом ощущении пустоты такой же, как и на тракте.
Женщина – видимо, хозяйка заведения – вытирая руки полотенцем, подошла к стойке и произнесла:
– Надо же! В кои веки гость пожаловал! Ну, проходи, сударь, проходи.
Путник не спеша подошёл к стойке и обратился к хозяйке:
– Здравствуй.
Хозяйка, пока путник приближался, внимательно оглядела его от шевелюры медного цвета до кожаных чешуйчатых сапог и отозвалась:
– Здравствуй, милсдарь…
– Я, вот, мимо проходил, объявление прочитал, решил зайти.
– Откуда же ты, милсдарь, мимо-то? Нынче здесь никто не ходит… Вишь, – она кивнула в сторону зала, – И нет никого… Как тебе удалось?
– А я не по тракту пришёл. Я из Желтограда, напрямки, через лес.
– А! Тогда понятно, – кивнула хозяйка, – Далековато, однако. Дней шесть, поди, шёл?
– Нет, нынче третий только.
Женщина внимательно вгляделась в лицо гостя, чуть заметно качнула головой – видимо, какой-то своей мысли – и спросила:
– Желаешь отдохнуть, поесть, выпить?
– Пожалуй, – легко согласился путник, – Особенно, если ты мне компанию составишь. Не люблю есть в одиночестве. А заодно и расскажешь, зачем это вам дракон понадобился, да ещё и срочно, – гость широко улыбнулся и скинул с плеча котомку. – И почему у вас тут такое запустение.
– Вот сюда садись! – засуетилась хозяйка, выскочив из-за стойки и смахнув полотенцем невидимую пыль со скамейки и ближайшего к окну стола. – Что заказать изволишь?
– Я неприхотлив, так что давай то, что побыстрее. Есть и впрямь охота, – произнёс путник, усаживаясь за стол, – Что-нибудь готовое имеется?
– Горячего ничего, сам понимаешь – никого нет ведь… – хозяйка на мгновение задумалась и стала перечислять:
– Копчёный окорок есть… Свиной, козлячий* и рогатика*, но это на любителя. Яйца… яишницу – это быстро, колбаски есть, хлеб свежий – только утром испекла… Ну, соленья всякие, это тоже имеем. Пить что будешь?
– А что есть?
– Квас, сидр, пиво, вино истийское, ром междуреченский. Ещё наша есть, василиска.
–Квасу, пожалуй, принеси. А что за василиска? Первый раз слышу.
– Да это тут наши мужики делают. Здесь травка одна редкая растёт – на ней настаивают.
– А василиска почему? Травка так называется?
– Нет, – усмехнулась хозяйка, – Таверна зовётся «У василиска». Вот, проезжие-то и прозвали нашу настойку василиской. Сильно крепкая.
– Ясно. Значит, хозяюшка, давай не будем ничего жарить, а нарежь-ка ты мне окорока козлячьего, да с хлебушком свежим. Это для начала – чтобы червячка заморить быстренько. А потом поглядим.
– Сию минутку! – и хозяйка исчезла в проёме, завешенным той же грубой грязно-белой тканью, что и её передник.
Через полминуты она появилась вновь и поставила на стол глиняный кувшин с пенистым квасом и плоское блюдо, на котором лежал румяный каравай. Метнувшись к стойке, она принесла кружку.
– А окорок в погребе у меня, но я мигом, сударь! – и она опять исчезла.
Гость не успел выпить и полкружки шипящего на языке ядрёного кваса, как снова появилась хозяйка, неся изрядный кусок ярко розового на срезе окорока. Поставив блюдо с окороком на стол, она пробормотала:
– Ох, нож-то позабыла… – и повернулась к стойке.
– Не надо, хозяюшка! У меня свой есть, – заметил гость, доставая из набедренных ножен обоюдоострый клинок. – А ты лучше присядь рядышком, да расскажи, что у вас тут случилось.
Женщина присела напротив гостя и сложила руки на столе, старательно прикрывая одну из них.
– Ты не стесняйся, – кивнул гость на руки женщины, – Во-первых, я заметил когти с самого начала, – хозяйка удивлённо вскинула брови, – А во-вторых, я и сам такой же… – гость поднял левую руку и чуть шевельнул пальцами, которые на несколько мгновений обратились в звериную лапу, покрытую короткими оранжевыми пёрышками и тут же вновь приобрели вполне человеческий вид.
– Вольный оборотень*… – выдохнула хозяйка, вглядываясь в глаза собеседника со смешанным выражением узнавания, радости и зависти, – С детства мечтала…
– Ну, – пожал плечами путник, нарезая окорок тонкими ломтиками, – Мы ж не выбираем, кем родиться… Так получилось. А ты, значит, медвежица*? – спросил он, глядя на покрытую короткой бурой шерстью с чёрными когтями лапу хозяйки, которую та раньше старательно прикрывала полотенцем.
– Медвежица, – кивнула хозяйка и залилась румянцем. – Вот, луна в полную силу войдёт и… Скоро уж…
– Понимаю… – сочувственно кивнул гость, отрезая от каравая горбушку.
– Это вряд ли, – покачала головой хозяйка. – Вам, вольным, не понять невольных…
– Ладно, спорить не буду, – примирительно сказал гость. – Давай уж познакомимся, коль такое дело. Зовут меня Та-Кери. Та-Кери из Красной Лощины. Это у Западного Кряжа.
– Майда, – представилась хозяйка. – Просто Майда. Далеко же тебя занесло, однако, Та-Кери. По нужде, или как?
– Да, как сказать?.. Вроде бы, по интересу. А может, и по нужде… Это как поглядеть. Ищу я кое-что. Камешек один, – и он пододвинул к Майде блюда с окороком и хлебом. – Давай, перекуси за компанию.
– Сейчас, кружку принесу, – хозяйка сходила к стойке и принесла вторую кружку.
Сев за стол, она налила себе квасу и, положив ломоть окорока на хлеб, с удовольствием откусила. Потрясая бутербродом, она что-то промычала. Смутившись, Майда быстро прожевала, сделала глоток из кружки и пояснила:
– Муж коптил. Вкусно, правда?
– Медвежик? – спросил Та-Кери, улыбнувшись.
– Тьфу на тебя! – засмеялась Майда, – Какой медвежик? Муж. Человек.
– Да, окорок знатный, – кивнул, соглашаясь, Та-Кери и принялся за очередной бутерброд. – Так расскажешь, зачем вам тут дракон понадобился? И почему пусто так?
– Дракон нам… Тут, понимаешь, какое дело… – начала Майда, – Завёлся на тракте василиск. Вообще-то, он давно тут жил. Ну, неподалёку, то есть. Про него ещё бабка моя рассказывала. От него, к слову, и преставилась. Медвежицей, сказывают, бежала, да и попался он ей… У меня в роду все медвежицами обращаются, по женской линии идёт… Да, так вот. Жил этот василиск себе, жил, никого особо-то, так, не трогал. Они ж редко когда от норы своей далеко уходят. До тракта не добирался никогда. Лес-то, василиск где жил, в полдне ходу от тракта. Но что-то случилось, и обосновался он возле самой дороги. Что его из его леса выгнало, неизвестно. Но дорогу он, сам понимаешь, перекрыл. Стоят там каменюк с полсотни теперь, а народ обходными путями стал ходить. Слух-то быстро разнёсся. Кому ж в камень обратиться хочется? И хоть эта дорога-то удобна, другие-то, почитай, вдвое дольше получаются – с одной стороны болота, с другой Малые Горы… Но народ-то подальше стал ходить. Василиск тут этот проклятый… А с тракта этого куча народу кормится… Кормилась.
– Ага, понял, – Та-Кери вытер нож о ломоть хлеба и отправил его в ножны. – Дракон вам, стало быть, против василиска нужен.
Майда кивнула:
– Супротив василиска только дракон, говорят, и может…
– Так ведь они же улетели все из Междугорья! Как только люди появились, так и улетели они. Это ж все знают. Где же вы его теперь найдёте-то?
– А поговаривают, что появляются они…
– Драконы?– удивлённо поднял брови Та-Кери. – Здесь?
– Драконы, – серьёзно кивнула Майда. – Говорят, будто бы один из них всё время в Междугорье есть. Ну… вроде сторожа, что ли… Ходит, наблюдает… А может, и не один даже…
– Наблюдает? Зачем?
– Да кто ж их, драконов, знает, зачем? Говорят так. И кем прикинется, никогда не знаешь. Они ж, драконы, оборотни похлеще вас, вольных, в кого угодно перекинуться могут. Может кисой* в дом заластиться, может медвежиком к каравану какому принюхаться, может орником из-под облаков глядеть…
– Ну, и как же вы думали его сюда приманить?
– Никак не думали, – пожала плечами Майда, – Для того-то объявления по всему тракту и развесили, чтоб нашёлся кто знает, как, – и, отпив из кружки, пробормотала : – Перестоялся…
– Ну, а если найдётся такой? – спросил Та-Кери.
– Что – если найдётся? – не поняла хозяйка.
– Задаром-то никому не интересно, – пояснил Та-Кери, – Что ему проку?
– А ты что, знаешь, как дракона приманить?
– Ну, я так, вообще… Чтобы знать. Вдруг встречу такого… знатока.
– Тут, на тракте, семнадцать деревень и два города. И все с этого тракта, почитай, жили. Цену-то дорогую можно запросить, не сомневайся. Вон, только наша деревня собрала семь золотых на это дело.
– Семь золотых?! – гость, по всему видно, был потрясён. – Откуда столько?
– Да василиска наша всё, – усмехнулась Майда, – Покуда здесь народ толкался, знаешь, сколько её выпивали? Можно сказать, вся деревня только этим и жила.
– А что ж тогда под соломой-то живёте, коль столько денег зарабатывали?
– А под соломой – потому что зимой здесь шибко холодно. Дом под черепицей не натопишь. Пробовали. Вся деревня под черепицею была. Оказалось, дров надо втрое против соломенной крыши. Даже саламандры не помогали, их тоже пробовали. Снесли после первой зимы черепицу, да и снова соломой покрылись. Зато улица в деревне теперь черепицею мощёна, – засмеялась Майда.
Хозяйка доела свой бутерброд, запила его квасом, поморщившись и пробормотав «Перестоялся, перестоялся», подняла свои серо-зелёные глаза на Та-Кери и спросила:
– Ну, так что, найдёшь нам дракона?
От этого вопроса гость поперхнулся. Откашлявшись и выпив залпом пол кружки он, с удивлённым выражением на лице, спросил:
– Почему ты решила, что я смогу?
– Да непрост ты, – ответила Майда, подмигивая, и начала перчислять: – Из Желтограда шибко быстро добрался. Сапоги не из рогатика, из пустынника* носишь-то. Ножичек у тебя… то ли эльфийской, то ли гномьей работы. Ну и та лапа, что ты мне показал…
– А что лапа? – удивился Та-Кери.
– Да нет такого зверя в Междугорье.
– И что?
– А то. Ты либо из-за Гор и с драконами, стало быть, виделся, либо… – Майда буквально сверлила взглядом своего визави, – Либо сам дракон.
Она чуть помолчала, глядя в глаза гостю и, широко улыбнувшись, сказала:
– Так что, не ты один коготки умеешь подмечать.
Та-Кери рассмеялся и, хлопнув по столу ладонью, воскликнул:
– Ну, глазастая, ну, приметливая! Ай, молодчинка! – и снова радостно засмеялся.
Хозяйка дождалась, пока гость отсмеётся и спросила, глядя на него в упор:
– Так как? Найдёшь?
Та-Кери, не отводя взгляда от глаз Майды, ответил:
– Ты ошиблась, милая. Подметила верно, да подумала не так… Сапоги мне в Желтограде начальник городской охраны подарил. За то, что я успел вовремя руку подставить, иначе его бы чернозмейка* ужалила. Мне-то что? Я ж не человек. Так, полихорадило пару дней – и всё. Ножичек этот, – он вытащил кинжал и положил перед Майдой, – Мне, можно сказать, по наследству достался. Зашёл однажды в пещеру, а там сидел на троне какой-то… то ли царь, то ли вождь… я подошёл разглядеть, а он возьми, да и упади на меня. Сам в прах рассыпался, а в руке у меня этот нож оказался. Что ж до зверя неведомого… Живёт у Западного Кряжа, там же, где пустынник водится, небольшой такой зверёк. Зовётся лисик*. Я, правда, когда оборачиваюсь, покрупнее настоящего получаюсь. А лисик этот, надо сказать, летун неплохой и из Желтограда-то я, правду сказать, чуть не весь путь лётом… Вот, так вот, хозяюшка, а то – дракон, дракон…
– Ну, может быть… – с сомнением покачала головой Майда, – Может, я и ошиблась. В этом. Но, знаешь… чуй у меня сейчас обострился, – она, улыбаясь, поцокала чёрными когтями по столу, – И пахнешь ты не как оборотень… Ну… не совсем так. Что-то такое… странное в тебе чуется. Может, всё же поможешь?
– Да зачем мне это? Даже если бы я и мог, – покачал головой Та-Кери и добавил: – Даже если бы я и мог, вряд ли вы смогли бы оплатить эту услугу.
Хозяйка подумала мгновение и спросила, не отводя взгляда от серо-голубых глаз гостя:
– А если бы мог – что бы ты запросил?
– Сейчас я ищу Слезу феникса. Слышала о таком?
– В своё время о нём много слухов ходило разных, – усмехнулась Майда, – Известный камушек. Много за него кровушки-то пролито было. Дорого, однако, просишь…
– Так и твоя просьба непроста, прямо скажем.
– Что есть, то есть, – вздохнула хозяйка, – А почему ты решил, что я знаю, где его достать? Уж больше ста лет, как о нём ни слуху, ни духу…
– Да вот уж знаю, – усмехнулся Та-Кери, глядя в глаза хозяйке, – Я даже знаю, что он сейчас тут.
Майда напряглась и рефлекторно приложила руку к груди. Сообразив, что этим она себя выдала, рассмеялась и сказала:
– Подумать надо. С людьми обсудить. Камень-то мой, наследный. Подождёшь?
– Почему бы и нет? – согласился Та-Кери, – Денёк-другой подождать можно. Если камушек вдруг на свет явится.
– Если дракон вдруг появиться, – в тон гостю проговорила хозяйка.
– Нет! – покачал головой Та-Кери, отчего Майда в удивлении вскинула брови, – Если василиск уберётся с тракта.
Удивление на лице хозяйки тут же сменилось пониманием и она кивнула:
– Конечно! Зачем нам дракон, если василиск уйдёт?
– Вот и договорились, – улыбнулся Та-Кери. – Я могу расположиться здесь? Комната, надеюсь, найдётся?
– Конечно, сударь! Пойдём, провожу.

Майда получила хорошую цену за свой камень – якобы ту, которую запросил Та-Кери. Она прекрасно знала, сколько было собрано денег чтобы прогнать василиска и взяла всё. Едва вернулся последний орник с согласием городского головы Малой Поляны, как сделка была заключена.

Василиска даже уговаривать не пришлось. Едва заметив оборотня, он пустился наутёк так, как, наверное, не бегал уже очень давно. Его даже человечий облик Та-Кери не ввёл в заблуждение. Почувствовал, чертяка, чем может обернуться такая встреча – сразу видать, что старый и помнит.
Бег тучного ящера с короткими ножками был настолько забавен, что Та-Кери не мог удержаться от смеха.
– Беги, милый, беги! – утирая слёзы смеха, проговорил оборотень и пошёл следом за неуклюжим чудовищем.
Проводив на всякий случай василиска до его прежней берлоги, которую Та-Кери загодя почистил и, убедившись в том, что ящер забился в свою прежнюю пещеру, спокойно зашагал в сторону таверны. Оставались, правда, невыясненными вопросы с зельем, выгнавшим василиска из его старого дома. Кувшин со странно пахнущей опалесцирующей голубой жидкостью стоял прямо посередине пещеры-логова. Образчик зелья был упакован в свинцовую цисту и исследовать его можно будет потом. Остальное Та-Кери сжёг – голубая жидкость на удивление легко горела. Кто его здесь оставил и зачем понадобилось выгонять василиска, было совершенно не понятно. Но эти вопросы Та-Кери решил отложить. Теперь оставалось надеяться, что Майда сдержит обещание и расплатится по уговору.

Когда Та-Кери подходил к деревне, была уже глубокая ночь. Небо было затянуто облаками, так что ни луны, ни звёзд не было видно. Однако это нисколько не мешало оборотню – для его глаз света было более чем довольно. До таверны оставалось каких-то полсотни шагов, когда призрачный луч ночного светила прорвался сквозь облака и упал на дом, выбелив крышу и двор и провалив в невидимую черноту резкие тени.
Та-Кери ощутил беспокойство, предчувствие какой-то неприятности, и ускорил шаг. Он успел дойти до ворот таверны, когда дверь со стуком распахнулась и из дома выскочила громадная медвежица. Угольно-чёрная в серебристом свете луны, она повела носом вокруг, остановив на мгновение слабо блеснувшие глаза на замершем от неожиданности в воротах Та-Кери, зычно взрыкнула, спрыгнула с крыльца и, перемахнув забор, скрылась в направлении леса.
В момент полёта над забором Та-Кери уловил оранжевую искру, блеснувшую на шее зверя. Предчувствие, к сожалению, опять не подвело. Уговорённая оплата неожиданно убежала в лес. Догнать её можно было, конечно, но попытаться отнять что-то у медвежицы…
– Проклятье! – в сердцах выругался Та-Кери и медленно вошёл в тёмную таверну.
В очаге догорало несколько поленьев, на подставке рядом с огнём на вертеле висел кусок мяса, источающего пряный аромат жаркого.
Подхватив вертел, Та-Кери подошёл к стойке, нашёл на ней блюдо и положил на него мясо. Здесь же, на стойке, под полотенцем обнаружились кувшин кваса, две кружки и полкаравая. Позади стойки валялась куча разодранного в клочья тряпья, по цвету которого можно было предположить, что это бывшая одежда Майды. По всему было видно, что Майда ждала Та-Кери и перекинулась неожиданно для самой себя.
– Луна, будь она неладна… – зло прорычал Та-Кери и, хмурясь невесёлым мыслям, перетащил еду и питьё на стол.
Когда от изрядного куска жаркого осталась половина, Та-Кери сыто вздохнул и поглядел в тёмное окно. На сытый желудок положение уже не казалось столь плачевным, как поначалу.
– Вот угораздило-то… – сокрушённо покачал головой он, – Интересно, сколько она бегать будет? Неделю?.. – он вновь покачал головой и задумался, глядя на улицу, где мир снова был расколот луной на серебро и черноту.
– А если она его потеряет? – продолжил разговаривать сам с собой Та-Кери, и эта мысль опять вернула ему мрачное настроение.
– Однако придётся-таки побегать за ней… – решил Та-Кери и царапнул столешницу вдруг выросшими когтями, – Ну, или полетать.
Оборотень поднялся в свою комнату, разделся, упаковал штаны с рубахой в котомку и перевязал на ней лямки. Спустился вниз и вышел во двор, залитый лунным светом. Повесил котомку на шею, прошипев «Как же я ненавижу летать с этим мешком», и обернулся лисиком.
Яркий оранжевый цвет скрадывался голубоватым светом луны, отчего мягкое пушистое оперение Та-Кери казалось серым, зато белая грудь светилась, подобно фонарю.
Легко подпрыгнув, Та-Кери взлетел и направился туда же, куда недавно убежала медвежица. Снизившись, оборотень полетел по-над землёй, ловя чутким носом след беглянки.

Лисики летают хоть и бесшумно благодаря мягкому оперению, но не быстро. Не смотря на это, Та-Кери к утру догнал-таки Майду и летал теперь над нею кругами, раздумывая, что делать дальше.
На очередном круге он заметил блеснувшую тонкую серебряную ниточку на загривке медвежицы и у него тут же возник план. Оборотень приземлился на соседней полянке, скинул с шеи котомку с одеждой и снова взмыл в воздух. Майда ушла недалеко и Та-Кери, залетев сзади, начал быстро снижаться.
Плавно спикировав, Та-Кери цапнул когтем цепочку, но против ожидания цепь не лопнула. Результат был катастрофичным – лисик рухнул перед самой мордой медвежицы на спину, дёргая вывихнутой лапой в попытках высвободить застрявший в цепи коготь.
Зубастая пасть, склонённая повисшим на цепи лисиком, опустилась к его морде и Та-Кери понял, что у него есть только один шанс выбраться из этой передряги по меньшей мере живым.
Родившийся в груди медвежицы возмущённый рык он уже не слышал и поднимающуюся для удара когтистую лапу не видел – остановленное сердце выключило все органы чувств и Та-Кери провалился в черноту.

Придя в сознание, Та-Кери обнаружил себя висящим поперёк толстой колючей ветви. Сюда его, видимо, зашвырнул мощный удар разъярённой медвежицы. В чувствительную кожу живота впивались мелкие веточки и отслоившаяся кора. Это было неприятно и неудобно. Та-Кери, осторожно оглядываясь и прислушиваясь, стараясь не шуметь, сполз на землю.
Было уже совсем светло и, значит, он провисел на дереве не меньше часа. Исцарапанный, он уселся у подножия дерева. Средний палец правой руки присутствовал в виде одной фаланги, которая неприятно ныла и зудела. Видимо, остальная часть оторвалась и осталась висеть на шее медвежицы. Такие повреждения за одно превращение не восстанавливаются. В остальном тело, вроде бы не пострадало. Кости, если и были сломаны страшной хищницей, уже срослись и даже не ныли.
«Да», – подумал оборотень, – «Мысль с умиранием оказалась верной. Я жив», – он ещё раз посмотрел на оторванный палец и грустно усмехнулся: – «Зато идея порвать цепочку – нет»…
Он пошевелил культей пальца, поморщился, медленно поднялся на ноги и огляделся, прислушиваясь. Присутствия медвежицы не наблюдалось. Та-Кери вышел на поляну и осмотрел место сражения, если можно было так назвать дурацкую попытку напасть на Майду. Ничего, кроме примятой травы и нескольких пятен крови не обнаружив, он сориентировался и направился к оставленной котомке.

Найти брошенную недавно одежду не составило большого труда но, едва он наклонился к мешку, послышалось утробное рычание и в поле зрения появились две лапы с чёрными, такими знакомыми когтями.
Медленно распрямившись, Та-Кери посмотрел в серо-зелёные глаза, сохранившие цвет глаз Майды-человека.
– Хитрая, чертяка, – пробормотал он, не отводя взгляда, – Хрен обманешь…
Медвежицей она оказалась крупной – по грудь Та-Кери. Наступив одной лапой на котомку, она уркнула что-то по-медвежецки и жарко дыхнула ему в лицо.
Снова притворяться мёртвым не имело никакого смысла, поэтому Та-Кери положил руку на голову зверю и почесал её за ухом. Майда зажмурилась и подтолкнула носом локоть Та-Кери, требуя усилить ласки. Внутри у неё ритмично замурчало.
Теперь уже двумя руками Та-Кери почёсывал медвежицу, инстинктивно находя местечки, где ей было особенно приятно. Мурчание зверя становилось всё громче, однако, когда пальцы Та-Кери коснулись цепочки на шее медвежицы, мурчание мгновенно сменилось на утробный рык. Пальцы сами собой отдёрнулись и мурчание после недолгого молчания возобновилось. Нос медвежицы напомнил, что следовало делать.
– Я что, так и буду здесь стоять и чесать тебя? – тихо, но с нарастающей злостью спросил Та-Кери зверя.
Майда, как ни в чём ни бывало, муркнула погромче и толкнулась носом. Та-Кери хмыкнул и, демонстративно отвернувшись, шагнул прочь. Однако дальше первого шага ему пройти не удалось. Ловкая подсечка когтистой лапы и удар грудью опрокинули его навзничь на землю. Над ним нависла клыкастая пасть, из которой вылетел розовый язык и одним движением облизал пол лица.
– Ты решила меня здесь оставить? – поинтересовался Та-Кери, на что Майда ответила довольным урчанием.
– И что мы тут будем делать?
Майда принялась своим горячим шершавым языком вылизывать ему грудь, а затем и живот, постепенно опускаясь всё ниже и ниже. Когда язык медвежицы добрался до его паха, Та-Кери воскликнул:
– Вот дьявол! – и попытался вскочить, но попытка была мгновенно пресечена лапой, лёгшей на грудь.
– Не можешь сопротивляться – расслабься и попытайся получить удовольствие, – пробормотал расхожее выражение Та-Кери и закрыл глаза.
Когда медвежица навалилась на него всей тяжестью могучего тела, он прохрипел, не открывая глаз, «Извращенка», на что Майда хрюкнула и часто-часто задышала.
Когда навстречу встающему солнцу вознёсся вспугнувший во всём лесу птиц рёв, Та-Кери открыл глаза и вновь зажмурился, потому что на его лицо упала волна тёмных волос. Горячая мягкая кожа прилегла к его груди и сквозь сбивчивое, судорожное дыхание послышался шёпот:
– Надо же, получилось…
Та-Кери отвёл волосы Майды с лица, посмотрел ей в глаза и ехидно улыбнувшись, спросил:
– А как же муж?
– А что муж? – Майда перевалилась на бок на траву и стала выводить пальцем узоры на груди Та-Кери. – Всем известно, что у медвежицы должно быть несколько медвежиков…
– Ну, я так… Мне-то только лучше… – он улыбнулся и нежно погладил Майду по плечу, – Пойдём домой? Я василиска-то…
Майда приложила палец к его губам:
– Помолчи. Давай полежим немножко… – и она положила голову ему на плечо.

– Нам человеками идти полтора дня, ты же обратиться не можешь, – рассуждал Та-Кери, доставая из мешка одежду, – Или ты при луне опять перекинешься?
– Нет, я только однажды за полнолуние, теперь уже не буду больше, – Майда чуть подумала и добавила: – Не должна…
– Вот и славно, – Та-Кери разглядывал одежду, держа её на вытянутых руках, – Днём нам в таком виде лучше не появляться, наверно, – он протянул ей рубаху, – Примерь-ка.
– Ну, так вернёмся ночью, – отозвалась Майда, натягивая одёжку, – Можно не спешить, значит.
Та-Кери надел штаны и забросил пустую котомку за спину.
– Пошли?
– Пошли, – согласилась Майда, оглаживая рубаху, пришедшуюся ей до середины бедра, – Так что там, говоришь, с василиском?..

Войдя в таверну, Майда нашарила около очага огниво и зажгла свечу. Еда и посуда, оставленные Та-Кери на столе, исчезли, но кроме этого никаких перемен не было заметно.
– Муж прибирается? – спросил Та-Кери.
– Какой муж? – ответила Майда, подбирая сложенные на скамейке тряпки, оставшиеся от её одежды, – Соседка. Она присматривает, когда меня нет.
– А муж?
– А муж у меня сгинул. С полгода уж, как…
– Сгинул?
– Сгинул. Уехал за припасами в Малую Поляну и не вернулся, – Майда бросила тряпьё в очаг, подошла к Та-Кери, обняла его и поцеловала, – Так что, место свободно…
– Мне надо уходить, – грустно покачал головой Та-Кери.
– Ну, надо, так надо… Не люба, значит…
– Майда, ты мне нравишься, правда! Но я должен…
– Ладно, оставим это… – отрезала Майда, – Пошли спать.

Наутро Майда пришла к Та-Кери и, сняв цепь с камнем с шеи, протянула ему:
– Вот, по уговору…
– Без обид? – спросил Та-Кери, принимая украшение.
– Без обид… – ответила Майда, опуская глаза.

Отделить кулон от цепи оказалось довольно просто. Та-Кери воспользовался своим новым кинжалом, который довольно легко разрезал золотое кольцо, крепившее камень к цепи.
– Можно, я себе оставлю? – спросила Майда, перебирая цепь с застрявшем в ней острым когтем, – На память…
– Конечно! – кивнул Та-Кери, доставая из вороха вещей фолиант с рисунком, на котором был изображён камень вместе с кинжалом.
Он нашёл рисунок, достал кинжал и, глядя на рисунок, приставил к его рукояти камень так же, как было изображено. Послышался мелодичный звон, и камень прочно соединился с кинжалом, образовав навершие. В рукояти что-то щёлкнуло, и лезвие, будто распираемое изнутри, разделилось на четыре грани и сложилось в узкую квадратную пирамиду. Камень засветился и из него вырвался узкий жёлто-оранжевый луч, являющийся как бы отражением лезвия – примерно такой же длины и так же сужающийся в одну точку. Точка, в которой заканчивался луч, сияла маленькой звёздочкой.
– Ух, ты! – воскликнула Майда, – Знатное колдовство… А я была права!
– В чём? – поднял на неё глаза Та-Кери, опуская странное оружие.
Яркая точка скользнула по столешнице, оставляя угольный след и клубы дыма. Та-Кери тут же вздёрнул кинжал кверху.
– Ничего себе… – поражённо пробормотал он, разглядывая выжженный след.
– Я же сразу сказала, что не прост этот ножичек, – Майда разгоняла дымные клубы ладошкой, – И как ты его понесёшь теперь? – поинтересовалась она.
– Не знаю… – отозвался Та-Кери, разглядывая камень, приросший к рукояти.
Он осторожно, двумя пальцами, взялся за камень с боков и подёрнул его. Камень остался на месте. Тогда оборотень повернул камень и тот с тихим щелчком и знакомым уже мелодичным звоном отделился от кинжала. Свечение исчезло, а кинжал мгновенно приобрёл прежнюю, обычную для оружия, форму плоского клинка.
– Занятно… – задумчиво пробормотал оборотень и покатал камень в ладони, – Совершенно холодный…
– Хммм… – хмыкнула Майда и Та-Кери поднял глаза, отрываясь от созерцания камня.
– Что? – спросил он.
– Думаю, что продешевила я. С камушком-то этим.
– Уговор есть уговор, – напрягся Та-Кери.
– Нет! – махнула рукой Майда, успокаивая его, – Я вовсе не к тому, чтоб обратно. Просто я не верила… – заметив удивление на лице Та-Кери, она пояснила: – Про него много слухов ходило в своё время… Мне-то он достался по наследству. Мой прадед когда-то в этих местах разбойничал. Он-то и добыл камень. Кого-то ограбил, наверно. А бабка моя сказывала, что волшебный это камень. Только никто волшебства его открыть не может. А оно вот оно, волшебство-то, значит, какое…
– А что-нибудь поточнее можешь вспомнить? – спросил Та-Кери.
– Поточнее?... – Майда задумалась, вспоминая, – Нууу… волшебный… Будто бы это ключ какой-то… То ли от сокровищ, то ли от рая, то ли от страны какой-то волшебной…
– От рая? – ухмыльнулся Та-Кери.
– Не смейся! – шутливо шлёпнула его по плечу Майда, – Сам просил рассказать!
– Ладно, ладно! Не смеюсь я. Мало ли что могли придумать? Почитай, про каждую приметную вещицу старую какие-нибудь сказки складывают, – Та-Кери осторожно уложил камень в кошель и спрятал за пазуху, – Пора мне… – он встал и начал укладывать вещи в котомку.
– Придёшь ещё? – тихо спросила Майда, подавая ему то, что лежало кучей на кровати.
– Не знаю… – Та-Кери затянул узел и закинул мешок на плечо, – Мне бы хотелось… – он подошёл к Майде, поцеловал её и, резко повернувшись, вышел из комнаты.
Майда осталась стоять, прислушиваясь к удаляющимся шагам.
– Очень! – послышалось снизу.
Входная дверь таверны хлопнула и всё стихло.



========================
*) Орник – летучее существо, похожее на большую птицу с четырьмя стрекозиными крыльями. Сообразительное настолько, что способно (после обучения) понимать человеческую речь. Используется для переправки писем и мелких посылок на расстояние до десяти-двенадцатидневных переходов, которое преодолевает за один-два дня.

*) Козлячий – имеется в виду окорок козлотина – шестиногого животного ростом с корову, с четырьмя ветвистыми рогами, образующими корону. Используются как тягловые и верховые, а так же в пищу. Козлотины отличаются большой силой, выносливостью и флегматичностью.

*) Рогатик – вараноподобное существо о четырёх ногах с двойным хвостом и одним небольшим плоским рогом на конце морды. Живут преимущественно в полупустынях. Достигают в высоту пол человеческого роста при длине в шесть-восемь шагов. Издалека схож с василиском. Добываются, в основном, из-за прочной шкуры, из которой делают доспехи и обувь.

*) Вольный оборотень – оборотень, способный перекидываться в любое время по желанию. От невольных оборотней, оборачивающихся непроизвольно, обычно при наступлении каких-то событий (полнолуние, весенний паводок, ярость, сильный страх и т.п.), отличаются ещё и значительно бОльшим присутствием человека в звере – сознанием и памятью. У невольных оборотней человеческие память и, в особенности, сознание если и проявляются, то редкими слабыми вспышками, как правило, весьма кратковременными.

*) Медвежица – самый опасный хищник Междугорья. Отличается высоким интеллектом и сверхразвитым чувством собственности, в том числе, в отношении территории и самцов, которых у самки бывает, как правило, от двух до шести. Чрезвычайно быстры и сильны. Сочетают возможности спринтерской молниеносной атаки со стайерским гоном до изнеможения добычи. Известны экземпляры в человеческий рост в холке, хотя в подавляющем большинстве примерно вдвое меньше. О силе медвежиц говорит то, что даже самые мелкие из них способны одним ударом лапы уложить козлотина. Никогда не едят падаль и вообще ничего, что сами не убили только что.
Любопытным является то, что самцы этого вида, называемые медвежиками, совершенно безопасные существа, питающиеся листьями и плодами нескольких видов трав и кустов. Медвежики чрезвычайно любопытны и до безумия обожают некоторые запахи, например, кое-каких пряностей, из-за чего часто сопровождают торговые караваны, уткнувшись носом в один из тюков. Такой принюхавшийся медвежик бывает довольно часто причиной нападения медвежиц на караван, поскольку она считает, что её медвежика у неё украли.

*) Киса – небольшая тварька, нечто среднее между выдрой и крысой. Необыкновенно дружелюбны. Любят селиться в домах и амбарах, где охотятся на мелких вредителей, за что особо почитаемы людьми.

*) Пустынник – крупная ядовитая змея, живущая в каменистой пустыне предгорий Западного Кряжа. Достигает в длину десяти шагов и длину руки в толщину. Добывается исключительно ради сверхпрочной шкуры. Ввиду редкости этой змеи цена за одну шкуру достигает на рынке иногда десяти золотых.

*) Чернозмейка – небольшая чрезвычайно проворная змея. Название дано за сплошной чёрный окрас шкурки. Яд смертелен для человека. Противоядие неизвестно.

*) Лисик – очень редкий небольшой крылатый хищный зверёк, похожий на кошку. Название получил за окрас оперения – рыжая спина и белая грудь.

13 – 28.01.2011
------------------------------------------------------------------------

Ellery : Пишите дальше! За завершенное произведение пока не сойдет.

Strannik : Зато как задел к большому роману - таки вполне

Dalahan : Добротно написанная работа. Согласен со мнением, что это хороший задел для большего произведения. Тем не менее в конкурсе "Лучшие работы марта" поставлю за эту работу лишь 9 баллов. Не только потому (даже не столько потому), что работа имеет сюжетную незаконченность, а по другим причинам. Как бы это лучше сформулировать? Улыбочка Сюжет (драматургия) работы "не сбалансирована". Не понятно: что это? Фентази, эротика, мелодрама, философский детектив, романтическая сага, сказочная кровавая "чернуха" или же сказка для тех, кому меньше 7-ми? Короче, работа мне показалась крайне эклектичной. (Пожалуйста, не обижайтесь на меня Ковыряет пальчиком в ладошке)

Лотадан : Нет, Далахан, мне кажется это фэнтази. В одном из своих самых классических направлений. Небольшой элемент эротики вполне допустим для этого жанра. Дракон молодец, мне понравилось, написано очень качественно. На этот раз даже концовка почти удалась, но как всегда жду продолжения.

Dalahan : "Небольшой элемент эротики" -- Ничего себе, небольшой ! Я в шоке Катается от смеха Но, в общем-то, дело не в том: большой он или нет. Всякий жанр должен иметь свою начально-законченную драматургию. Если уж вводится элемент эротики, то меня как читателя должны были во-первых к этому подготовить сперва (то, что называется: чай, кофе, потанцевать Ковыряет пальчиком в ладошке ), а уж если "завели" ( Честные глазки ) то позаботиться о том, что господин Тень называет загадочным словом "катарсис" ( Катается от смеха ) В данном же случае я не получил энтого самого катарсиса не по одному из жанровых пунктов Ковыряет пальчиком в ладошке

Лотадан : Это дело вкуса Улыбочка

Дракон Рассвета : "Если уж вводится элемент эротики" -- Секс в данном случае использовался не в качестве завершения чайпотанцеватьзамуж, а в ином. Многие слышали о Тантре, а там секс используется для достижения духовного совершенствования и даже просветления. Секс может использоваться и в магии. В данном случае имеет место именно такое употребление процесса. Потому и нету чай-кофе-потанцевать. Намекает на...

Лотадан : Прошу уточнить, какая именно цель в этом случае была у акта? Чтобы медвежица быстрее обратилась? Я правильно понял

Дракон Рассвета : Совершенно верно.

Smoky : Отличная вещица, яркая и неоднозначная Честные глазки А где продолжение ?! Будут Райские кущи
_________________
(c) Цвет яблони. Пчела.
Огромный пёс лизнул котёнка.
Вернуться к началу
Посмотреть Персональный Свиток Отправить Телепатическое Послание Отправить Почтового Голубя
Показать мысли:   
Начать новую беседу   Вступить в беседу    Уголки Каминного Зала   Предания Часовой пояс: GMT + 4
На страницу Пред.  1, 2
Страница 2 из 2

 
Перейти:  
Вы не можете затевать беседу
Вы не можете высказывать мысль
Вы не можете редактировать свои мысли
Вы не можете удалять свои мысли
Вы не можете голосовать в опросах
Каминный Зал
 

© Орден рыцарей ВнеЗемелья. 2000-2020. Все права защищены. Любое коммерческое использование информации, представленной на этом сайте, без согласия правообладателей запрещено и преследуется в соответствии с законами об авторских правах и международными соглашениями.

Мир ВнеЗемелья, Проект Магистра Ордена ISNik-а, 2006-2017 ВнеЗемелье это – вне Земли...
  Original Idea © 2000-2020. ISNik
  Design & Support © 2000-2020. Smoky


MWB - Баннерная сеть по непознанному
 
Баннерная сеть сайтов по непознанному

Анализ сайта Яндекс цитирования